Чужестранка. Книги 1-14

Познав такую радость, я готов умереть, но стыд и позор, которые ждут тебя…

— Мне все равно! — воскликнула Мэри. — Пусть все знают!

— Но мне не все равно, — мягко сказал Алекс.

Он протянул руку своему брату, который принял ее после мгновенного колебания. Затем свел их руки, вложив руку Мэри в руку Рэндолла. Рука Мэри была безжизненной, рука Джека Рэндолла одеревеневшей, словно мертвая рыба, но Алекс крепко сжал их руки своими руками."

"— Я отдаю вас друг другу, дорогие мои, — тихо произнес он, переводя взгляд с одного на другого. Ужас, растворившийся во всепоглощающей печали перед близкой разлукой, отразился на лицах обоих.

— Но… — Впервые за то время, что я знала его, Джонатан не мог найти слов.

— Хорошо… — Это был почти шепот. Алекс вздохнул, улыбнувшись своему брату. — У нас мало времени. Я сам поженю вас. Сейчас же. Вот для чего я попросил миссис Фрэзер привести сюда ее мужа. Вы не откажетесь быть свидетелем, сэр? — Он посмотрел на Джейми, тот после минутного замешательства как автомат кивнул.

Кажется, я никогда не видела сразу вместе трех, столь несчастных людей.

Так как Алекс был очень слаб, его брат с каменным выражением лица помог ему приладить к бледному горлу высокий белый воротничок. Джонатан и сам выглядел ненамного лучше. Он исхудал после болезни, лицо прорезали глубокие морщины, глаза ввалились — он выглядел значительно старше своих лет.

Одетый, как всегда, безупречно, он был похож сейчас на грубо сделанный манекен с небрежно вырезанными из дерева чертами лица.

Что касается Мэри, она с несчастным видом сидела на постели, уткнувшись в складки своего плаща, растрепанные волосы наэлектризованы и торчат в разные стороны. Я сделала все, что могла: причесала ее, разгладила платье. Она сидела, всхлипывая, устремив глаза на Алекса.

Опершись рукой о бюро, Алекс порылся в ящике и извлек большую книгу — «Молитвы на каждый день». Она была слишком тяжела, чтобы держать ее открытой перед собой. Он тяжело опустился на кровать, положил книгу на колени и открыл ее. Потом глубоко вздохнул и закрыл глаза, капля пота упала с его лица, оставив на странице мокрое пятно.

— Дорогие мои, — начал Алекс. Я надеялась, что ради самого себя, а также всех нас он выбрал самую короткую церемонию венчания.

Мэри перестала плакать, нос ее стал красным и блестел на бледном лице, на верхней губе собрались капельки пота. Джонатан заметил это, ни слова не говоря, вытащил из рукава большой белый платок и протянул Мэри.

Слегка кивнув и не глядя на Джонатана, она взяла платок и небрежно промокнула лицо.

— Согласна, — произнесла она в нужный момент, казалось совсем не вникая в смысл этого слова.

Джек Рэндолл произнес свое «да» твердым голосом, но как-то отстраненно.