Чужестранка. Книги 1-14

 — Должно быть, Джейми решил, что дал исчерпывающее объяснение.

— А кто этот Примроуз Кэмпбелл? — поинтересовалась я.

— О… — Джейми почесал нос, размышляя. Ветер со стороны моря постепенно усиливался, волосы Джейми выбились из-под перевязи на голове, и рыжие пряди били-ему по лицу. — Примроуз Кэмпбелл — третья жена Ловата и, насколько я знаю, остается ею и сейчас. Хотя, — добавил он, — несколько лет назад она покинула его и вернулась в дом своего отца.

— Должно быть, он пользуется успехом у женщин, — пробормотала я.

Джейми фыркнул:

— Можно сказать и так. На своей первой жене он женился насильно. Выхватил леди Доугер Ловат прямо из постели в середине ночи, где-то обвенчался с ней и затем вернулся в ее же постель. Однако, — честно признался Джейми, — потом она решила, что любит его, так что, может, он был не так уж плох.

— Должно быть, в постели у него были какие-то особенные достоинства, — легкомысленно заметила я.

Удивленный взгляд Джейми сменился глупой улыбкой.

— Может, и так, но это не очень ему помогло. Вскоре горничная госпожи Ловат пожаловалась на него, он был объявлен вне закона, и ему пришлось бежать во Францию.

Я удержалась от замечаний по поводу семейных традиций Джейми, но про себя подумала: хорошо бы Джейми не последовал примеру своего деда — для старого Саймона одной жены было явно недостаточно."

"— Он отправился навестить короля Джеймса в Риме и засвидетельствовал свою преданность Стюартам, — продолжал Джейми. — А затем сделал резкий поворот и отправился к Уильяму Оранжийскому, королю Англии, который в то время находился во Франции. Он получил у Джеймса обещание, что тот вернет ему титул и все имущество в случае восстановления его власти, а затем — Бог знает, как ему это удалось, — получил полное прощение у Уильяма и разрешение вернуться домой, в Шотландию.

Теперь настала моя очередь удивляться. Очевидно, к противоположному полу прислушивались тогда не очень внимательно.

— Однако приключения Саймона на этом не кончились. Позже он вернулся во Францию, но уже в качестве шпиона якобитов. Вскоре его разоблачили и бросили в тюрьму, откуда он бежал и вернулся в Шотландию. В 1715 году ему удалось собрать под видом охоты все кланы и заслужить полное доверие английской короны за подавление им же спровоцированного восстания.

— Ничего не скажешь, ушлый старик, — заметила я, полностью заинтригованная. — Хотя, я думаю, в те годы он был не так уж и стар. Где-то сорок с небольшим.

Зная, что сейчас лорду Ловату за семьдесят, я приготовилась увидеть дряхлого, трясущегося старикашку, но, услышав все это, тут же пересмотрела свое представление о нем.