Чужестранка. Книги 1-14

Жаль, не удалось выяснить, что за особенный пациент ждал их в Филадельфии: солдаты в ответ на расспросы злились, а завоевывать их расположение было уже некогда.

Хотя бы известно, что эти двое в Филадельфии, – уже хорошо.

И вот Йен здесь. Он пробрался в город перед самым рассветом: прополз прямо через окружавшие Филадельфию лагеря, мимо спящих солдат, завернувшихся в одеяла возле потрескивающих походных костров.

Еды в городе было вдоволь, и Йен в предвкушении замер на краю рыночной площади, выбирая между жаренной в кляре рыбой и корнуоллским мясным пирогом. Шагнул было к торговке пирогами, доставая деньги, как вдруг женщина, глядя ему за спину, отшатнулась и в ужасе взвизгнула.

Что-то сбило Йена с ног. Рядом слышались крики, но их заглушало шумное собачье дыхание, а слюнявый язык облизывал лицо, норовя забраться даже в уши и нос.

– Cú![703]

Йен кое-как выбрался из-под беснующегося пса, радостно обнял Ролло, затормошил его и засмеялся, когда тот восторженно вывалил язык.

– Да, да, я тоже рад тебя видеть, приятель! Но куда ты дел Рэйчел?

* * *У Фергуса ужасно зудела отрубленная рука. Такого не было уже давно, и сегодня зуд бесил вдвойне: он прикрепил к рукаву набитую отрубями перчатку, а не обычный крюк (слишком уж тот приметный), поэтому почесать культю никак не удавалось.

Чтобы хоть немного отвлечься, он вышел из сарая и побрел к ближайшему костру. Миссис Хемпстед протянула ему жестяную кружку с жиденькой кашей. Что ж, в перчатке есть и свои преимущества. Кружку не возьмешь, зато ее можно прижать к груди, не обжигаясь. А еще жар от каши унимал зуд.

– Bon jour, madame, – вежливо поклонился Фергус, и миссис Хемпстед, невзирая на усталость, улыбнулась. Ее мужа убили в Паоли, и теперь, чтобы прокормить троих детей, она обстирывала английских офицеров. Фергус тоже платил ей за еду и кров. Ее родной дом занял деверь, любезно позволив ей жить в сарае, благо во дворе было несколько построек. В одной из них обосновался и Фергус.

– Какой-то мужчина искал вас, сэр, – тихо сказала миссис Хемпстед, поднося ему ковш с водой.

– Да? – Оглядываться нет смысла: будь незнакомец здесь, она сказала бы. – Вы его видели?

Та покачала головой.

– Нет, сэр. Он с мистером Джессепом говорил, а тот сказал младшему парнишке Вилкинс, а тот передал моей Мэри. Джессоп сказал, он из Шотландии. Высокий такой, симпатичный. Солдат, скорее всего.

Волнение жаром всколыхнулось в груди.

– Не рыжий, случайно? – спросил Фергус.

Миссис Хемпстед удивилась:

– Вот уж чего не знаю. Парнишка Вилкинс не говорил. Пойду спрошу у Мэри.

– Не утруждайте себя, мадам. Я сам спрошу.

Фергус, чудом не обжегшись, проглотил остатки каши и запил водой.

Маленькая Мэри тоже не знала, какого цвета были волосы у шотландца: она его не видела, а Томми Вилкинс не сказал.