Чужестранка. Книга 2. Битва за любовь

Это один из заколдованных холмов, там опасно спать. Если ты оставишь оборотня в том месте на всю ночь, эльфы придут и заберут его назад, а настоящего ребенка вернут.

– Они так не сделают, потому что никакой он не оборотень, – сказала я, задохнувшись от прикосновения к талой ледяной воде. – Просто больной ребенок. Вряд ли он переживет ночь под открытым небом.

– Он не переживет, – коротко ответила Джейли. – К утру он будет мертв. И я молю Бога, чтобы никто не видел нас там.

Я перестала обуваться.

– Мертв! Джейли, я возвращаюсь. Я не могу оставить его там.

И я пошла назад через ручей.

Она схватила меня сзади и опрокинула лицом вниз на мелководье. Барахтаясь и задыхаясь, я пыталась встать на колени, разбрызгивая воду во все стороны. Джейли – вода доходила ей до половины икр – стояла и смотрела на меня, вся промокшая.

– Слушай, ты, чертова безголовая английская ослица! Ты ничем не можешь помочь! Ты меня слышишь? Я не могу остаться здесь и допустить, чтобы ты рисковала своей жизнью и моей из-за твоих идиотских бредней!

Сопя и что-то ворча себе под нос, она наклонилась, взяла меня за руки и помогла встать.

– Клэр, – заговорила она настойчиво, встряхивая мои руки, – выслушай меня. Если ты подойдешь к этому ребенку и он умрет – а он непременно умрет, поверь мне, я на таких, как он, уже насмотрелась, – так вот, родители тогда обвинят тебя. Неужели ты не понимаешь, насколько это опасно? Знаешь ли ты, что говорят о тебе в деревне?

Я стояла, дрожа на холодном вечернем ветру, раздираемая между ее очевидным страхом за мою безопасность и мыслью о беспомощном ребенке, медленно умирающем в темноте, с полевыми цветами у ног.

– Нет, – ответила я, убирая мокрые волосы с лица. – Нет, Джейли, я не могу. Обещаю, что буду осторожна, но я должна пойти.

Я вырвалась от нее и, спотыкаясь и оступаясь в воде, на которую уже легли обманчивые вечерние тени, двинулась на другой берег.

Вслед мне донесся приглушенный вопль отчаяния, а затем – бешеный плеск в противоположном направлении. Ну что ж, она по крайней мере не будет мне мешать.

Быстро темнело, и я продиралась сквозь кусты и траву как только могла скорее. Я не была уверена, что найду нужный холм, если не успею добраться туда до наступления полной темноты: поблизости одна от другой было несколько почти одинаковых возвышенностей. Заколдованы они или нет, но блуждать одной в темноте мне совсем не хотелось. К тому же я с немалым беспокойством думала о том, как доплетусь до замка с больным ребенком на руках.

В конце концов я нашла холм – у его подножия росло несколько молодых лиственниц, которые мне помнились. К этому времени сделалось совсем темно, ночь была безлунная, так что я спотыкалась на каждом шагу и часто падала.