Чужестранка. Книга 1. Восхождение к любви

Законник поставил на стол чернильницу, которую принес с собой, вынул из кармана гусиное перо и церемонно протянул его мне.

– А что это такое? – спросила я.

Вопрос был чисто риторический, потому что на верхней странице каллиграфическим почерком и буквами вышиной в два дюйма, узкими и четкими, было начертано: «Брачный контракт».

Дугал подавил вздох нетерпения по поводу моего упорства.

– Вы отлично знаете, что это такое, – отрывисто бросил он. – И если у вас нет другой блестящей мысли, как избежать рук Рэндолла, подпишите это, и конец делу. Времени у нас мало.

Светлых мыслей в запасе не оказалось, несмотря на то что я целый час мучительно обдумывала проблему. Мне и в самом деле начинало казаться, что невероятный выход, предложенный мне, является наилучшим вопреки моему внутреннему протесту.

– Но я не хочу выходить замуж! – упрямо повторила я.

Мне пришло в голову, что я не единственное заинтересованное лицо в этом вопросе. Вспомнилась девушка со светлыми волосами, которая целовалась с Джейми в алькове в замке.

– Может, и Джейми не хочет на мне жениться! – заявила я. – Что вы на это скажете?

Дугал на это только рукой махнул.

– Джейми – солдат, он сделает то, что ему прикажут. И вы тоже, – добавил он, – если, конечно, не предпочтете английскую тюрьму.

Я уставилась на него, тяжело дыша. Все время с той минуты, как мы оставили комнату Рэндолла, я находилась в состоянии почти что паники, и теперь уровень моего возбуждения сильно возрос перед необходимостью выбора между черным и белым.

– Я хочу с ним поговорить, – сказала я.

– Зачем? Вы принуждаете меня выйти за него замуж, и, насколько я понимаю, ему вы попросту не сообщили об этом!

Дугал явно считал мою затею совершенно неуместной, но тем не менее он согласился и отправился вместе со своими приспешниками за Джейми в буфетную.

Джейми появился очень скоро, и выглядел он, понятное дело, весьма удивленным.

– Вы знаете, что Дугал собирается нас поженить? – прямо в лоб спросила я его.

Лицо у него сразу прояснилось.

– Но все же, – заговорила я, – вы человек совсем молодой… я имею в виду, нет ли кого-то еще, в ком вы заинтересованы?

Некоторое время он смотрел на меня непонимающе, потом сообразил.

– То есть не помолвлен ли я? Нет, мне ведь особо нечем привлечь девушку, – сказал он, но, тотчас сообразив, что это звучит обидно и даже оскорбительно, поспешил добавить: – То есть имущества у меня никакого, ничего, кроме солдатского жалованья, на которое я существую.

Он потер рукой подбородок, в глазах промелькнуло сомнение.

– Ну и потом, есть такое маленькое затруднение – за мою голову назначена награда. Ни один отец не захочет выдать дочку за того, кому грозят арест и виселица.