Чужая жена. Двойная сделка

Возвращение домой, снова непонятные встречи, разговоры которых она не понимала и не пыталась понять. Все жили в ожидании чего-то.

И вот уже середина ноября, почти каждый день шел снег, из окна гостиничного номера теперь было видно скованное льдом озеро и укрытую снегом беседку у самого его края. Ее комнату отремонтировали, вещи отстирались от запаха дыма, но главное — рисунки были целы.

Практически ничего не изменилось, Вика не задавала вопросы о своем будущем, еще две недели, надо просто не думать об этом. Фирсов обещал, что он все уладит, она верила ему. Муж не напоминал о себе, а Виктория все равно боялась и жаждала нехорошее.

Еще вчера вечером Альберт в городскую квартиру, где они ночевали, привез Ганса, Вика безумно рада была его видеть, хотя виделись буквально сутки назад, он везде следовал за ней, заглядывая в глаза. Даже спать улегся в ногах прямо на кровати, Вика разрешила, сказав мужчинам, что если им не нравится, то они могу идти на коврик.

– Господи, ты, словно конь здоровый, ты меня раздавишь, Ганс. Перестань, проказник. Чем тебя кормят? Ты словно маленький динозаврик. Сейчас пойдем гулять.

– Вот поэтому ему место в своей будке, за городом.

– Руслан, ты говоришь ужасные слова, он ведь все понимает. Не обращай внимания, Ганс, он просто ревнует. Ведь у нас с тобой настоящая любовь.

При слове «любовь» Руслан напрягся, сжал челюсть. Накануне между ним и Альбертом состоялся непростой разговор, они сказали друг другу много некрасивых и обидных слов, практически поругались. Альберт приводил все новые доводы и резал правду по живому, выворачивая ею всю душу наизнанку.

– Я не понял, ты что, решил поиграть в любовь?

– Никто не играет, в отличие от тебя, это твоя стихия.

– Рус, ты понимаешь сам, чего хочешь? Ты соображаешь, что вообще ты делаешь?

– Да, я хочу, чтоб она осталась с нами, чтоб Виктория осталась.

– А завтра ты захочешь завести кролика и вытаскивать его из шляпы?

– Что ты несешь?"

"– Это ты что, блядь, несешь? Решил поиграть в любовь и семью, на что ты надеешься и рассчитываешь? Чем ты там думаешь, своей железной башкой? Мы построим дом, поселимся там втроем и будем жить долго и счастливо? А, да, я еще Ганса забыл, без него теперь никуда.

– Да, я хочу, чтоб все было именно так. Ты все сводишь к фарсу и несешь хрень. Почему бы и нет? Почему все не может быть именно так?

– Я да, последнее время я много чего несу, потому что мне будет самому трудно расставаться с белкой. Думаешь, мне легко, и я скачу от радости? Но это неизбежно, – Альберт тогда подошел к нему так близко, заговорил громким шепотом, заглядывая прямо в глаза. – Ты видел, какая она, видел? Она не из нашего мира, она чистая, добрая, мать ее, Элли, спустившаяся в наш, сука, изумрудный гребаный городок.