Чужая жена для главы мафии

Что, даже не спросит, как у меня дела? Поимел ли меня его брат или все его люди? Остался ли он мной доволен? А то вдруг Северу не понравилось, и он все еще считает, что Паша ему должен?

Наверное, мой взгляд говорит лучше любых слов, потому что Звягинцев прекращает перетаптываться с ноги на ногу и делает нерешительный шаг ко мне:

— Малыш…

— Не подходи, — говорю не своим голосом, выставляя руку вперед.

— Зай, прости, — с искренним раскаянием в голосе произносит Паша. Он нажимает пальцами на глаза, устало массирует их, и вообще выглядит так, словно это он стал жертвой всех этих обстоятельств, а не я.

— Я понимаю… — продолжает он, когда понимает, что я разговор поддерживать не собираюсь, — Ты испугалась наверное тогда, но мой брат… Пойми, он страшный человек. Они бы просто убили и меня и тебя, даже разбираться бы не стали.

Кривлю губы в усмешке.

— Ты спасла нас.

Меняюсь в лице и порывисто поднимаюсь. Не знала, что мне когда-нибудь захочется начать цитировать Шрама, но прямо сейчас так и тянет во всю глотку заорать: «Закрой рот!!!».

— Ты все знал… — выдыхаю я и мотаю головой, не в силах поверить в такое предательство.

До этого у меня еще оставались какие-то сомнения, что Паша все сделал не специально, не подстроил ситуацию, а так вышло из-за того, что происходящее от него не зависело. Например потому, что сам он не знал о том, что будет. Даже объяснение подходящее бы нашлось тому, что Звягинцев спасать меня не бросился — никто не захотел идти против Севера.

Вот только Паша сам себя сдал. Обо всем он был в курсе, может даже распланировал день свадьбы с самого начала. Представляю, как выглядело это расписание: «в час дня церемония в ЗАГСе, дальше банкет, а в двадцать один ноль-ноль я занят — должен жену в спальню к брату отвести». Не собирался он меня спасать и даже помощи не искал у знакомых, я уверена. Испугался Севера. Настолько испугался, что на работу сегодня пошел, бедняга…

Горько улыбаюсь. Ну а что, в самом деле, жена женой, а бизнес-то надолго оставлять нельзя.

— Что? — спрашивает Паша, усиленно делая вид, что ничего не понимает.

— Ты. Все. Знал, — цежу я раздельно, сжимая руки в кулаки от желания расцарапать его лживое удивленное лицо, — ты знал, что будет, поэтому… поэтому у нас ничего не было! Еще и к гинекологу со мной ходил. Я думала, ты просто беспокоишься, оба ли мы здоровы, чтобы завести детей, а ты… Тебя просто девственность моя интересовала. С самого начала, да?

— Это не так, Алиш… — Звягинцев делает попытку взять мои руки в свои, чтобы притянуть к себе, но я отступаю.

— Замолчи! — сорвавшись, кричу я, — Ты с самого начала знал, чем закончится наша свадьба и допустил такое! Допустил, чтобы он трогал меня, чтобы он… — я всхлипываю.

— Малыш, ну прости, прости меня. Я правда, правда тебя люблю.