Чужая свадьба

Все это дело с наймом аристократки, с предстоящим так скоро приездом знатного семейства маркиза и приближающейся свадьбой Анжелы, а потом девочка уедет и никогда не вернется…

Глаза Эглантины наполнились слезами. Ее мучило тяжелое предчувствие, что все пройдет ужасно плохо. Но тут рядом с ней оказалась леди Агата, она села на соседний стул и нежно положила руку на плечо Эглантины.

— Что случилось, д… дорогая?

— Ничего, — мужественно ответила Эглантина, но неожиданное сочувствие в голосе гостьи едва не заставило ее потерять самообладание. Не могла же она довериться чужому человеку, да еще такой знатной даме."

"— Вы уверены? — осторожно переспросила леди Агата. В пристальном взгляде ее добрых карих глаз блестели веселые искорки, но в нем не было насмешки, наоборот, он странным образом успокаивал Эглантину, словно говоря, что никакая на свете беда не страшна, если смотреть на жизнь с оптимизмом.

— Я так рада, что вы приехали, — вырвалось у Эгланти-ны. — Я чувствую, что не справлюсь с этим ужасным… О! — Как только последнее слово сорвалось с ее губ, она тотчас пожалела об этом. Краска залила ее лицо. — Как плохо вы обо мне подумаете!

— Почему? — удивилась леди Агата.

Эглантина с благодарностью посмотрела на гостью. Та была так добра, что не обратила внимания на то, что Эглантина чуть не назвала подготовку к свадьбе ее милой Анжелы «ужасной работой». Словно речь шла о таких тягостных обязанностях, как мытье полов или чистка сапог, а не о… о празднике…

Эглантина разразилась слезами.

Летти смотрела на нее с изумлением. Она не могла себе представить, что до такой степени расстроило эту даму. Нельзя сказать, что это обеспокоило Летти. С какой стати? Эглантина Бигглсуорт имела все, чего можно было только пожелать. Летти лишь было любопытно, что за причина заставила богатую женщину так горько плакать. Она обняла рыдавшую Эглантину за плечи и слегка сжала ее руку.

Эглантина подняла голову. Ее глаза припухли и покраснели, а из носа капало.

Поскольку Летти не думала, что эта дама из тех, кто прибегает к помощи рукава, она взяла со стола аккуратно сложенную салфетку, развернула ее и поднесла к носу Эглантины.

— Вот, дорогая, высморкайтесь. Вот и хорошо… Ну, а теперь почему бы вам не рассказать, о чем вы плачете?

— Не хотелось бы беспокоить вас…

— Глупости. Это моя профессия — беспокоиться. Я имею в виду свадьбы. Если что-то не так, то я не могу хорошо делать свое дело, верно?

— Вы правы… Но ничего не случилось, в самом деле ничего. Дело в том, что… я не знаю. Наверное, я глупая, эгоистичная старая женщина. Больше всего на свете я хочу, чтобы Анжела была счастлива, но, о! Я буду так скучать по ней… о…

Она снова разрыдалась.