Чужая роза (СИ)

— Ты ведь понял мой вопрос, — посмотрела я на него, стараясь не терять самообладания. Любой хищник, будь то зверь или человек, легко чует чужой страх, и готов вцепиться в глотку, лишь бы оправдать ожидания. Но я не собиралась предоставлять Гумеру такую возможность. Что мне какой-то пес? Двуногие звери гораздо опаснее.

— Ты голодный?

Гумер подошел ко мне вплотную и уставился в глаза с таким выражением, как будто хотел что-то сказать.

— Чего тебе?

Мой подол неожиданно оказался в крепких зубах дога, и тот попятился, потянув меня за собой.

— Хочешь, чтобы я пошла с тобой?

Гумер мотнул головой, но не остановился, продолжая тащить меня к двери.

— Отпусти, сама пойду, — велела я ему, и пес выпустил край моей юбки. — Ну и куда ты меня ведешь? К герцогу? Он велел меня позвать?

Гумер недовольно покосился на меня и припустил быстрее. Я уже почти бежала, и когда влетела в спальню, не сразу поняла, что Абьери в ней нет. А Гумер уже стоял у невидимой двери и скреб лапой переплетения нарисованных роз.

— Хочешь сказать, он там?

Я замерла, не зная, на что решиться. Если войду внутрь — Абьери узнает, что я обнаружила его убежище, и неизвестно, чем это закончится. Маги не отличаются человеколюбием и ревностно хранят свои тайны. А если не войду… Что, если герцогу плохо? Наверняка Гумер не стал бы тащить меня сюда, если бы его хозяин не нуждался в помощи. Сообразить бы еще, почему он позвал именно меня?

Пес, словно услышав мои мысли, снова ухватил подол юбки и потянул на себя.

— Да поняла я, поняла, — прошептала в ответ и решительно коснулась розового бутона."

"Нарисованные стебли ожили, зашуршали, поползли в стороны, открывая проход, и я вслед за Гумером вошла в потайную комнату. А уже в следующую секунду с испуганным восклицанием склонилась над бездыханным герцогом. Он лежал прямо у алтаря — неподвижный, совсем как мертвый, и призрачная маска полностью закрывала его лицо.

Внутри все сжалось от ощущения непоправимой беды.

— Ньор Абьери! Очнитесь!

Я схватила холодное запястье, пытаясь нащупать пульс, но его не было. Даже самого слабенького. Стоило мне отпустить руку герцога, как та безвольно упала на каменный пол.

— Святая Лючия!

Я лихорадочно расстегнула рубашку Абьери и приникла к его груди, надеясь услышать удары сердца, и лишь спустя долгих пару минут наконец обнаружила тихий, почти неощутимый стук. Живой… Он живой!

Душу затопило такое облегчение, что я громко выдохнула, только сейчас сообразив, что какое-то время просто не дышала.

— Позови Винченцо, — повернулась я к Гумеру. — Нужно переложить герцога на кровать и послать за доктором.

Пес оскалился и закрыл собой проход, даже не думая выполнять мою команду.

— Ты что, не понимаешь? Я одна не справлюсь!

Ответом мне было грозное рычание.