Чужая роза (СИ)

Тем более, сейчас, когда я сама не знаю, что ждет нас дальше.

— Сильвия! — войдя на кухню, подозвала кухарку.

— Ньора Алессия, — расплылась та в улыбке. — Что ж вы сами-то спустились? Могли бы и позвать, я бы пришла. Приготовить вам чего особенное?

— Нет, благодарю. Можешь покормить моего хорошего знакомого?

Я подтолкнула Ветто вперед, и тот неловко поклонился Сильвии.

— С радостью, ньора Алессия, — закивала кухарка. — У меня как раз паринда готова. И фротта свеженькая, с горошком. Да вы присаживайтесь, ньор. Вот сюда, стол большой, места хватит. Мария! Где тебя черти носят? — громко позвала она свою помощницу. — Опять, небось, с парнями у черного хода обжимается, — проворчала кухарка и принялась ловко накладывать в миски еду.

— Я скажу слугам, тебе приготовят комнату, — тихо сказала я Ветто.

— Не нужно, ньора Алессия, — покачал головой тот. — Не хочу задерживаться. Лючия сказала, чтобы через три дня вернулся. Осерчает, ежели опоздаю.

— Что ж, спасибо тебе. Вот, возьми, — я протянула парню несколько золотых динаров. — И поблагодари от меня Лючию. Скажи, я не забуду ее помощь.

Ветто молча кивнул, сунул деньги в карман и заработал ложкой, а я постояла немного, наблюдая, как быстро пустеют тарелки, попросила Сильвию собрать парню узелок с едой в дорогу и отправилась к себе.

Алессандро Абьери

Зал судебных собраний пестрел разноцветными вертами, глядел на него десятками лиц, гудел шумом разговоров и сверкал любопытными взглядами. В воздухе стоял крепкий запах пота. Погода проверяла жителей Риды на прочность невыносимой жарой, заставляя ньор обмахиваться платочками, а ньоров — утирать взмокшие лбы, но все окна в небольшом помещении были наглухо закрыты.

— Ньор герцог, вы все запомнили?

Старик Сарелли наклонился к Алессандро, разглядывая его из-под кустистых бровей обеспокоенным взглядом.

— Постарайтесь не говорить, пока вам не дадут слово. Это очень важно. Судьи не любят, когда обвиняемые ведут себя вызывающе.

Абьери криво усмехнулся. Вызывающе… Выходит, он не вправе отстаивать свое доброе имя и должен сидеть и ждать, пока жалкая кучка крючкотворов вынесет приговор?

— Ньор герцог, вы обещали, что доверитесь мне, — сердито посмотрел на него Джованни.

— Не беспокойтесь, ньор Сарелли. Я постараюсь держать себя в руках.

Абьери показалось, что за окнами раздался звон колокола. Низкий, густой, тяжелый, с надсадными траурными нотами.

Алессандро поморщился. Странно. До ближайшего собора святого Марка почти две стадии. Откуда мог взяться звон?

— Очень надеюсь, — проворчал старик, еще сильнее сдвинув брови, так, что они превратились в одну сплошную белую линию. — Ага, а вот и судьи. Мадонна! Кто это там? Неужели Гордени? А говорили, он давно отошел от дел. Вот уж не повезло, так не повезло.