Чужая роза (СИ)

Мадонна, только этого не хватало!

— Успокойся, мое сердце, — как можно мягче улыбнулся он своей женщине и нежно погладил ее запястье. — Никто никого арестовывать не будет. Это обычный визит.

— Сандро, тебе лучше пока не показываться. Давай, я выясню, что им нужно?

— Нет. Я сам, — твердо сказал Абьери и повернулся к майрессе. — Ньора Альда, проводите ньору Алессию в ее покои. И проследите, чтобы ньоре принесли еду.

Он позволил себе коснуться мягких губ, но тут же отстранился и пошел к дверям гостиной, раздумывая, с чем пожаловали ищейки императора.

Марко двинулся следом.

— Монтено? Что-то зачастили вы в Навере, — Абьери посмотрел на Главного дознавателя и обвел взглядом заполнивших комнату дознавателей. Сидят, распивают его лучшее вино, поглядывают свысока.

Внутри полыхнул гнев. Вышвырнуть бы зарвавшихся служек императора одного за другим прямо в открытое окно. А потом спустить на них псов, чтобы бежали из Навере без оглядки.

Видимо, Марко почувствовал его кровожадные мысли и незаметно коснулся плеча.

Друг зря беспокоился. Он умел скрывать свои истинные чувства. Да и выгонять дознавателей бесполезно. Эти если уж появились, то без добычи в зубах не уйдут. Выполнят приказ хозяина, как угодливые шавки.

— Ньор герцог, — развалившийся в кресле Монтено посмотрел на него в упор, и подозрения Абьери окрепли.

Это не просто визит. Пришли за ним.

— Против вас выдвинуты обвинения в смерти Джунио Скала, — не отводя взгляда, заявил главный дознаватель.

Монтено не соизволил встать, только кубок с вином на стол поставил, и Алессандро прищурился, рассматривая давнего знакомого. Изменился Беппе. От худого, заморенного паренька, каким он помнил того в молодости, ничего не осталось. Разве что оскал, как у хорька, прежний.

— На каком основании вы предъявляете подобные обвинения? — вмешался Марко. — И с каких это пор столичные дознаватели вмешиваются в дела герцогства?

Форнезе побледнел, в серых глазах застыло холодное бешенство. Еще пара минут — и друг сорвется.

— С тех самых, как эти дела перестают быть делами герцогства. К нам обратилась мать убитого и попросила провести расследование.

— А почему же она не обратилась к герцогу? — не унимался Марко, а Абьери смотрел на Монтено и просчитывал варианты. Если Бьянка обвинила в смерти сына именно его, то дознаватели с радостью ухватятся за этот предлог, чтобы перенести суд в столицу.

— Несчастная женщина не верит в беспристрастность ньора Абьери, — с издевкой, которую даже не пытался скрыть, ответил Монтено.

— И что, одного слова выжившей из ума старухи достаточно для обвинения? — спросил Марко.

— Нет. Но ее подозрения нашли свое подтверждение. Маги, участвовавшие в расследовании, сумели обнаружить, что убило слугу, — с непонятным намеком изрек Монтено.