Чужая ноша

Эта сила, так удивившая Ингу, возникла у Ларисы дополнительно и совсем недавно. Мощная сила, которую может породить только новая зародившаяся жизнь. Инга, поняв это, от неожиданности на какое-то время потеряла сосредоточенность. Лариса заметила ее удивленный взгляд и вопросительно приподняла брови. «Нет-нет, ничего, все в порядке», – Инга покачала головой и еле заметно улыбнулась. Лариска еще даже не догадывается…

Нет, не может она теперь разрушить Единение – не имеет права так рисковать отношениями близких ей людей. Особенно после того, как ей открылась неожиданная правда. Новый план созрел молниеносно, может, в некотором смысле жестокий, но иного выхода Инга не видела. Воспрянув духом, она совсем немного, чуть-чуть, словно пригубив десерт кофейной ложечкой, взяла энергии у Лары и взамен уже десертной ложкой добавила ей взятой от себя защиты.

И все же той силы, которую она собрала сейчас в себе, было недостаточно. «Потерпи, родной, так надо… Ты потом все поймешь и простишь», – чувствуя себя виноватой перед Вадимом, она вновь принялась брать у него энергию. Варварским, запрещенным способом, уже почти достигнув того предела, выход за который чреват необратимыми последствиями. Вадим, не понимая, что происходит, покачнулся и, чтобы устоять на ногах, сделал шаг назад. Вопросительно посмотрев на Ингу, он, однако, промолчал. « Прости, мой хороший… Так надо. Я не причиню тебе большого вреда, потерпи…». Ей нужна большая Сила, чтобы уничтожить Йолу вместе с ее заклятием, наложенным сверх Единения. Чувствуя, как все ее тело наполняется пульсирующей энергией, Инга запрокинула к небу лицо и зашептала заклинания:

– … О ты, могущая и сильная Йола, я тебя заклинаю тотчас явиться всеми святыми именами… Я зову тебя и призываю именем Божества, силою Всемогущего повелеваю тебе…

Лариса почувствовала внезапный сырой холод. Не тот, которым пропиталась морозная ночь, а иной, другой, чем-то неуловимо знакомый. И вскоре ей стало понятно, почему ей знакомо это ощущение сырого холода. Вначале робко и неуверенно, а затем плотней и гуще вокруг них стал собираться туман подобный тому, который ей неоднократно снился. Он опускался на землю с неба, поднимался навстречу с земли, обволакивал со всех сторон – мягко и бережно, будто упаковывал их в себя, как подарок в обертку. И вскоре они оказались в этом тумане, густом и плотном, словно в изолированной колбе. Исчезло кладбище, невидимым стал свет от оставшихся где-то за пределами тумана свечей, но туман будто подсвечивался сам по себе изнутри.

– Дрянь… – где-то сзади раздалось злобное тихое шипение. Лариса не рискнула оглянуться, но почему-то сразу поняла, кто еще, помимо их троих, находится в этом тумане.