Чужая невеста для Альфы (СИ)

Она обещала мне найти достойного Альфу, который будет лучше моего Истинного. Сейчас же я уверена, что Верховная просто договаривалась с Даном или кем-то другим, обсуждала условия.

Словно я товар.

— Пошли-ка со мной.

Берг протягивает мне ладонь, за которую я хватаюсь. Словно именно мужчина может уберечь от осколков правды, которые сейчас могут меня задавить.

— Татья, когда я стал Альфой?

— Склероз? — девушка звонко смеётся. — Четвертого марта будет три года. Одиннадцатого марта ты стал моим Альфой.

— Я и так собиралась поверить тебе, Берг.

— Хватит пустой веры, куколка. С Верховной она тебя до добра не довела. Я хочу, чтобы была уверена во мне. И через несколько лет не начала во всём сомневаться.

Рыжая швабра, то есть, Татья, возится на полу с медвежонком. Тискает, а тот только рад. А ещё девушка оказывается не рыжей, что заставляет меня замереть в нескольких шагах.

— Она разве не…

— Что?

— Мои волосы, Берг, — Татья даже не оборачивается. — Я теперь блондинка. Я теперь как Тонкс, только круче.

— Не круче, у тебя Дар работает, как хочет, — Берг обрубает веселье девушки всего несколькими словами. — Пока не научишься контролю.

— Кто такая Тонкс? — спрашиваю, потому что всё равно не понимаю.

— Смотрела Гарри Поттера?

— Не особо, урывками.

Татья смотрит так, словно это я своими руками убила её отца. Даже хуже. Со смеюсь недоверия, злости и удивления. Не объяснишь же, что в клане мы были изолированы. Защищены, чтобы не добрался Истинный.

Господи, какой же бред.

— Как ты могла не смотреть…

— Замолкни, Татья. Тая только что уговаривала меня не выгонять тебя из-за твоего самоуправства. Не заставляй меня передумать.

— Но… Ладно. Прости, Тая, что вела себя неподобающе.

Татья, девчонка совсем, говорит без капли искренности. Со своими тараканами и причинами дерзить. Это я могу понять, в отличии от слов Берг. Зачем говорить так жестко?

Всё ведь было совсем не так. Он не собирался выгонять её, говорил же об этом. А ещё называл меня Альфо-самкой.

Не могу объяснить, но когда думаю этом, тянет улыбаться. Слишком широко, чтобы я могла сдержать себя. В этом нет ничего приятного, дикость же. Чтобы мужчину нужно было удерживать от излишних разборок с детьми.

А я улыбаюсь.

Идиотка.

— Татья умеет менять внешность, — поясняет Берг, обнимая меня со спины. — Хотя умеет слишком громкое слово. У неё меняется цвет волос зависимо от настроения. Бесконтрольно.

— Я только учусь, Берг!

— Шесть лет?

— Я учусь десять лет, всё нормально, Татья.

Желаю вклиниться, чтобы прекратить эти пререкания и бессмысленную ссору. Дар проявляется в одиннадцать лет и не всегда становится самым простым в изучении. Есть те, кто спустя многие годы пытается понять, что именно за способность им досталось.