Чужая жизнь

— Потому что ты от меня ни на шаг не отходишь, — припечатал ревнивый муженек. Я улыбнулась ему и успокоилась. Хорошая отмазка, так и буду говорить, если кто пригласит.

Через несколько минут танец закончился, янарат поцеловал руку своей жены и проводил её к креслу. Затем началась странная церемония, когда все гости спешили поздороваться с хозяевами и принести слова благодарности наместнику. Первой пошла, как ни странно, шиямата. Она расцеловала вставшего при её приближении наместника, что-то ласково говоря, затем он обнял женщину, поцеловал в лоб. Жена наместника была скромнее, и всего лишь кивнула головой. После альбиносов были унжирцы.

— Что-то в этом году их многовато, — прокомментировал Алиас.

Я же разглядывала вольных мыслителей, удивляясь, зачем им такие длинные волосы. Кто женщина, а кто мужчина, со спины и не отличишь. Сразу вспомнились Агнесса и трое актеров. Я передернула плечами. За унжирцами в очередь встали смешанные пары, первыми — невысокая брюнетка и ши Дорош. Я изумилась, как они гармонично смотрелись, хоть женщина и доставала мужчине только до плеча. Они поздоровались с наместником. Тот обнял мужчину за плечи, похлопал по спине, а на женщину даже не взглянул, как и она обнялась лишь с женой наместника. Странные у них тут царили порядки.

— А я тоже должна поздороваться только с женой наместника?

— Шия Шияна, и, да, только с ней, — отозвался Алиас, после минутного молчания. Я шла рядом с ним, выстаивая поразительно длинную очередь. — На него даже не смотри.

Я удивилась странным ноткам в голосе мужа.

Подняла на него глаза и заметила усмешку, толкнула его локтём в бок.

— Издеваешься? — шепнула ему, оглядываясь на тех, кто шёл сзади нас. Кажется, все были заняты своими разговорами и нас не подслушивали. — Вон смотри, женщина на нём повисла.

— Даже не думай, — предостерег меня Алиас перестав скалиться.

Я прижалась щекой к его руке, пытаясь набраться терпения и смелости. Всё же наместник мне не понравился, и лицемерить ему в лицо, этому надо научиться. Чем ближе мы были, тем тщательнее я рассматривала шию Шияна. Она была лучезарная. Дарила всем искрению и теплую улыбку, находила каждому доброе слово. Лиловое платье ей очень шло. Она располагала к себе. Я незаметно для себя стала улыбаться и, когда мы оказались напротив подиума, от чистого сердца пожелала ей счастья и здоровья. Алиас поклонился наместнику, а я замерла, глядя как меняется выражение лица шии.

— Надеюсь, вам понравится на балу, — сухо отозвалась она, и отвернулась к Алиасу. Я была расстроена, но отошла на шаг в ожидании мужа. Он поблагодарил за приглашение жену наместника и затем, перестав улыбаться, подал мне руку.