Чувство реальности

Но все не верил своим глазам.

– Почему это, интересно, мне видней? Вы моложе всего на три года, – обиженно заявил Всеволод Сергеевич Кумарин и похлопал по скамейке, приглашая Григорьева сесть рядом.

* * *"

"– Так вот, кто-то проник в больницу, передал ей украденный у меня мобильный телефон, сообщил заранее о моем эфире. Она не должна была смотреть телевизор в это время, но она его включила.

Рязанцев говорил глухо, монотонно, курил одну сигарету за другой. Маша уже не боролась со сном. То ли крепкий кофе помог, то ли организм сам себя пересилил и приспособился к новому ритму. Пока что они оба, она и Арсеньев, молча слушали, не задавали вопросов.

Рассказ Евгения Николаевича прервался только однажды, когда на веранду явилась Лисова за своей книжкой. Между ними вышла небольшая напряженная перепалка. Она желала остаться, Рязанцев гнал ее прочь. Она не стеснялась при посторонних умолять его, он не стеснялся говорить с ней грубо. Ушла она только минут через десять, захлебываясь рыданиями, и книжку опять оставила. Но тут уж Арсеньев не поленился встать, догнал ее в коридоре, вручил роман и вежливо пожелал спокойной ночи.

– Да, так на чем я остановился? – спросил Рязанцев, когда дверь закрылась и стало тихо.

– Кто-то проник в больницу и оставил вашей жене мобильный, – напомнила Маша.

– Мой мобильный. Мой. То есть украденный кем-то из моего близкого окружения, – Евгений Николаевич выложил на стол маленький черный аппарат. – Я уже проверял входящие – исходящие номера, их нет. Перед тем как передать телефон Галине, функцию памяти отключили. После эфира у нее случился кошмарный приступ. Таких давно не бывало. Доктор говорит, это странно, поскольку перед сном она получила обычную дозу успокоительных лекарств.

– Ей делают уколы или она пьет таблетки? – уточнила Маша.

– Понятия не имею, об этом вы спросите у врача. Пожалуйста, не надо меня перебивать. После приступа в палате у Гали осталась сестра. Она услышала телефонный звонок, сначала даже не поняла, что происходит, но довольно быстро нашла телефон. Он был спрятан в тапочке у кровати. Сестра решила ответить. Звонивший не сразу сообразил, кто взял трубку, думал, что Галина, и произнес какой-то жуткий текст, мол, видишь, что ты натворила, как ты можешь жить после этого, расплачиваться будут твои дети.

– То есть вашей психически больной жене угрожали? – спросил Арсеньев.

– Получается, что да.

– Как вы думаете, зачем?

– Вероятно, чтобы я узнал об этом и понял, что кому-то известна моя неприятная тайна. Возможно, кто-то собирается меня шантажировать.

– Слишком громоздко, – пробормотала Маша и покачала головой, – для шантажа достаточно было просто поговорить с вами, назвать адрес клиники и диагноз жены.