Чувства навыворот

И вскоре, продав и квартиру, и машину, торопливо покинула страну.

В гордом одиночестве отправилась жить в далекую солнечную Испанию.

За все это время сыну она написала всего один раз, соизволив поздравить того с днем рождения. Но произошло это спустя месяц после тех ужасных событий, и Славик был еще чертовски зол на свою мать. Поэтому ответил коротко: «Спасибо». Больше они не общались. Он считал предательницей ее. А она — его. Возможно, однажды мать и сын смогли бы простить друг друга.

«Но уж точно не сейчас!»

Что до всего остального…

Несмотря на жуткий скандал, вызванный разводом, Александр Борисович смог удержать свои позиции и остаться при должности. Связи, куда же без них? Мама, в свою очередь, пошла ему навстречу и сократила до минимума рабочие смены. Конечно, мужчина изначально требовал ее полного увольнения, ибо был в состоянии содержать любимую женщину. Но она наотрез отказалась завершать карьеру.

У них состоялся серьезный разговор с главврачом, по итогам которого ей согласовали особый плавающий график. После бракосочетания «влюбленные» переехали в особняк Красницких. Мама весьма скептически относилась к этой затее. Ирине пришлось вмешаться и поведать родительнице о портрете, украшающем стены того дома. Только осознав, что по сути всегда являлась его негласной хозяйкой, Александра Николаевна согласилась.

А Ирина и Слава с радостью остались в ее трехкомнатной квартире, в которой и началась их история. После небольшого косметического ремонта бывшая спальня матери была оборудована под детскую комнату. Там-то сейчас и хозяйничала Мирослава. Безраздельно и единовластно.

«Моя малышка!»

Вопреки всем переживаниям и страхам бросать институт из-за ребенка Ирине не пришлось. Беременность протекала очень легко, что позволило ей посещать занятия вплоть до самого рождения дочери. На свет Мируся появилась в конце апреля. И благодаря этому девушка пропустила лишь два месяца занятий."

"А затем начались каникулы, и уже к началу сентября ей удалось перевести крошку с грудного вскармливания на детскую смесь. Поэтому теперь она могла свободно оставлять дочку с многочисленными няньками (коих насчитывалось достаточно — целых три прабабушки, дядя с тетей, ну и бабушка с дедушкой, конечно) и посещать учебу в стандартном режиме.

Да, было трудно. Усталость и бессонные ночи давали о себе знать.

И тем не менее об академическом отпуске Ирина даже слышать ничего не желала. Все шло своим чередом. Родные всячески помогали им с ребенком. Особенно мама и Александр Борисович, которые порой относились к Мирославе даже не как к своей внучке, а как к собственной дочери. Отчего временами девушка испытывала жгучую ревность и, повинуясь инстинктам, вырывала Мирусю из их рук.