Дорогой ложных чувств

Они сначала гнали её, то создавая иллюзию, что она смогла, наконец-то, от них избавиться, то вновь догоняли и измывались над ней. Как морально, так и физически. Естественно, имени той кошки никто не знал, но многие смаковали подробности об её израненном теле. Правда, умалчивалось, что стало впоследствии с теми волками, что надругались над ней. Свершился ли суд? Понесли ли негодяи заслуженное наказание? Никто не знал. Кристина свято верила, что, если эта история действительно имела место быть, хотя она и отказывалась верить в подобное зверство волков по отношению к самке из другой стаи, то подонки получили по заслугам, и меньшее, что им сделали, это оторвали им их причиндалы.

Но всё равно жуть нашла на девушку, и, собрав остатки сил, перекинувшись, она вышла на дорогу. Пусть трасса и была безлюдной, ни одна машина не проезжала за последние несколько часов, всё же сохранялась большая вероятность, что рано или поздно кто-то поедет и подберет её.

Кристине было плохо.

С ней случилось то, чего она очень опасалась, опять же наслушавшись сверстниц и старших подруг, уже переживших ЭТО.

С ней случилась течка.

Родители подобрали ей молодого ягуара, что любезно согласился «оприходовать» её. Он ей именно так и сказал:

— Не боись, детка, оприходую я тебя славно. У меня пищать будешь от восторга и добавочки попросишь.

Кристина смотрела на слащаво-красивую физиономию парня и единственным желание, возникающим у неё, было расцарапать ему морду. Впиться когтями в тщательно выбритые щеки и подбородок и пустить кровь.

Девушка ненавидела подобных самоуверенных мудаков и старалась держаться от них подальше.

Но родители хотели, как лучше.

В результате она послала его куда подальше, сообщив в красочных подробностях, где она желает видеть его умение «оприходовать», после чего сорвалась в ночь.

Её словно бесы гнали.

Кристина, практически никогда не спорящая с родителями, впервые взбунтовалась. Её переходный период наступил в шестнадцать…"

"И вот сейчас она брела по обочине, голодная, злая, уставшая. Её тело ей не принадлежало. По венам струилась не кровь, а жидкий огонь, выжигающий внутренности. Кости, казалось, выворачивало наизнанку. В голове стоял шум. Перед глазами — кровавая пелена. Девушка с трудом передвигала ноги, но с завидным упрямством шла вперед.

Она не могла с точностью сказать, сколько времени прошло с той роковой минуты, как она сиганула из окна. Ни родители, ни брат не последовали за ней, благоразумно решив, что она далеко не убежит. Побегает, перебесится и вернется домой.

Кристина смогла их удивить. Как и себя тоже.

Она бежала долго. Слишком долго.

Когда же «включила» разум, то, оказалось, что она заблудилось. Как такое могло случиться с ней — она понятия не имела.