Чумовая дамочка

Сплю и стою под душем, - говорила я спокойно, следя за своим голосом, ни намека на ядовитость. Он сел в кресло, опершись локтями на колени и сцепив пальцы замком. Он молчал, и я молчала. Молчание присутствовало в комнате как нечто материальное. Я прикрыла веки и слушала, как бьется мое сердце, прошло минут пятнадцать, я повернула голову и сказала, глядя на него:

- Кажется, я поняла, что ты хотел сказать.

- Да?

- Кажется. Ты имел в виду, что убивший твоего друга и тот, кто повесил Зойку, - один и тот же человек. Я правильно тебя поняла?

- Возможно.

- Что “возможно”? - Он обладал удивительной способностью мгновенно выводить из терпения. - Возможно, что я права, или возможно, что это один и тот же человек?

- Возможно.

- Убирайся, - вздохнула я устало. - Я хочу спать.

Он поднялся с кресла и пересел на кровать.

В этом не было никакой нужды, и в первое мгновение я испугалась, но Бардин смотрел куда-то в пол, я видела его изуродованную щеку и совсем не видела глаз, может, от этого дышать мне стало легче, и тут он совершенно неожиданно заговорил, негромко, спокойно и очень доверительно, точно исповедовался.

- Давай поговорим о твоих делах. Вопрос прежний: кто убил Влада? В таких вещах легче начинать с другого конца, то есть задать вопрос иначе: кому это выгодно? Кто займет его место?

- И кто его занял?

- Судя по слухам. Алексей Проханов, можно его назвать и Леша Медведь.

- Я даже не слышала о таком, - удивилась я.

Бардин кивнул, словно соглашаясь.

- Расскажи мне о той встрече в подворотне, после которой убили управляющего рестораном. Я рассказала очень подробно и присовокупила к рассказу свои размышления по этому поводу."

"Бардин слушал, время от времени кивал и по-прежнему смотрел в пол. В какой-то момент это стало здорово меня раздражать, я удивилась тому, что хочу видеть его глаза, хотя не так давно сочла за благо избавиться от его взгляда. Я неотрывно смотрела на его лицо, чувствуя, как поднимается и растет во мне раздражение.

- Может, ты пересядешь в кресло? - спросила я, а он поднялся и сказал:

- Я ухожу, тебе спать пора. - Он смотрел куда-то поверх моей головы, я опять спросила:

- Да?

И тут наши взгляды наконец-то встретились, всего на одно мгновение, но меня обдало такой горячей волной, что я торопливо прикрыла веки, чувствуя, с какой невыносимой скоростью забилось сердце, и стало ясно - он сидел на моей постели не для того, чтобы быть ближе ко мне, а для того, чтобы не видеть меня.

Бардин был уже возле двери.

- Почему ты уверен в том, что это не Еремей? - пробормотала я торопливо, меньше всего на свете думая сейчас о Еремее.

- Еремей не стал бы устраивать нападения на квартиру дяди Миши, дождался бы, когда ты выйдешь… Еремей с легким сдвигом, но уважение в нем присутствует. Это кто-то другой, кому наплевать на все, он просто хочет выжить.