Чудовище

Он должен разрушить могилу Элизы, должен!

И Хейке! Хейке, пересиливший проклятие! Он не заслуживал того, чтобы жить… нет, он болтает чепуху: он не заслуживал того, чтобы иметь такую роскошную могилу!

Ульвара воодушевляли собственные мысли. Да, эту могилу он должен разрушить. Осквернить ее, нагадить на нее!

Куда больший интерес вызывала у него другая персона. Суль, ведьма! Она должна была быть просто великолепной! На Липовой аллее висел ее портрет, очень старый, плохо сохранившийся портрет. Ульвар никогда не находил времени получше разглядеть его. Теперь же он сотрет с картины пыль и посмотрит, не скажет ли ему что-нибудь Суль.

И о призраках ему нужно узнать больше. Кое-что он узнал о них из историй о привидениях, которые рассказывали в округе. Жаль, черт возьми, что серый народец прогнали из Гростенсхольма! И это сделала Сага, его собственная мать!

Ха, он не испытывал никаких чувств по отношению к своей матери. Никаких! Какая-то старуха ему однажды сказала, что он явился причиной гибели матери. Она, что, думала, что он почувствует угрызения совести? Она плохо знала его.

Он знал, что Марко тосковал по матери. Он часто думал о ней, спрашивал у всех, какой она была. Но Марко был доволен ими, как Малин, так и Белиндой, хотя и та, и другая были просто дерьмом, как и Вильяр. И Хеннинг ничего из себя не представлял.

Все они были дерьмом. Все, кроме Марко.

И снова Ульвар почувствовал свое бессилие, свою беспомощность. Он должен все узнать! Но кто ему расскажет об этом? Все избегали говорить об этом, переводили разговор на что-то другое.

Теперь этот чертов парень, который был с Малин на кладбище, занял место Йонсена, чем был очень доволен. Впрочем, Ульвар ничего не имел против Вольдена, пока тот не трогал могилы. А он открыто заявлял об этом, теперь они собирались делать кладбище в лесу, у подножия холма. Но этот глупый Вольден взял туда с собой Малин, чтобы показать ей план и посоветоваться с ней. Ему, видите ли, интересно было знать ее мнение! Чертов идиот, он теперь дважды в неделю прибегает к ней и тащит ее с собой!

А Малин, нечего сказать! У нее явно не все дома! Куда подевались ее обычные черные платья с белыми воротниками и всем прочим? Теперь она рядится во что попало! И что хорошего во всей этой пестроте? Но выглядит она теперь намного моложе и стала намного добрее, это ясно. Теперь на него не ворчит, когда он отправляется в свои походы. «Вечером придет Пер», — говорит она, и глаза ее начинают сверкать, как маленькие солнца, а вид становится совершенно глупым. Пер — это Вольден.

И пока она из-за него такая добрая, Ульвар не будет считать его своим врагом.