Чудовищный бизнес леди попаданки (СИ)

Так, что чувствовал, как я напряглась, чуть не дрожа, как вздымается грудь от частого дыхания и как колотится мое сердце. Плевать, что я сейчас скажу. Он прекрасно видел, чего хочу на самом деле.

— Избавил. Она уехала, насовсем. Осталась лишь в твоей голове. Мы вообще от всего, что мешало, избавились. Кроме разве что... — он перевел дыхание и смял мое платье, задирая юбку. — Кроме одежды.

И поцеловал меня, отметая все возражения. Без слов говоря — можно. Нет между нами ничего, кроме надуманных причин, потому что мы сейчас рядом, и оба этого хотим, и его нетерпение не меньше моего, и так же плохо у него получается это скрыть."

"Раздеться Рэй умудрился с рекордной скоростью, не прерывая поцелуй. Каждый из немногих предметов моей одежды снимал томительно медленно, осторожно, словно не уверенный — позволю ли. Когда осталась только тоненькая сорочка, чуть отстранился и вопросительно заглянул в глаза...

Ах, ну да. Оливия Нейт воспитана в строгости и разумеется невинна. Вернее даже сказать, целомудренна. Настоящим леди может и вовсе в постели с мужем обнажаться не полагается. Но меня такой вариант не устраивал.

— Рэй, я не Иви. Я знаю и умею не меньше твоего, не в первый раз замужем. И мне нечего стесняться. Даже когда светло. И вряд ли сможешь чем-то удивить...

Прикусив губу, он рывком задрал на мне сорочку, но не снял до конца. Так, что руки оказались спутаны над головой, а лицо накрыто полупрозрачной тканью.

— В первый, Оливия. В первый и единственный раз.

Кожу обожгло его дыханием. А потом — смог. Удивил. Ему даже магию не пришлось применять. Я догадывалась, что эмоциональный Рэй окажется страстным любовником, но не ожидала, что еще и таким чутким, раскрепощенным и умелым.

— Я и думать не желаю о том, где ты этого всего набрался, — промурлыкала позже, лежа у него на груди.

— Сыновей аристократов этому учат, — признался он, лениво перебирая пряди моих волос. — Порядочный джентльмен должен знать, как доставить удовольствие своей жене. Чтобы не растить потом чьих-то ублюдков.

— Фу, как цинично!

— Лучше чем то, о чем ты подумала.

— А дочерей аристократов тоже чему-то такому учат?

— Нет. Невесте полагается быть чистой и невинной. Муж сам воспитает ее под себя.

Уродливые двойные стандарты патриархата, который здесь, судя по всему, махровым цветом цветет. Родилась женщиной — сиди и покорно жди, пока он не нагуляется и не соизволит научить тебя его ублажать. Хотя... Если вспомнить Бетани, все это только на словах.

Нет. Ни к чему ее вспоминать. Ей в нашей постели не место.

— И не мечтай, — усмехнулась я, пробежав пальцами по его груди. Он поймал мою ладонь, прижал к себе. Там, где билось сердце, теперь уже спокойно и ровно. — А ведь мог бы сказать, что ты такой один. Умелец.