Чудовищное предложение

Никаких дорогих пиджаков и галстуков, разве что часы на запястье остались те же, что и утром. Открытием стало то, что в первую нашу встречу он напугал меня таким видом, а теперь нравился даже больше, чем в официальном костюме.

– Так налить? – переспросил он, и я принялась отрицательно мотать головой.

– Нет, не надо.

Жених рассмеялся.

– Брось, Одри. Хватит уже. Мы сегодня сделали большое дело – шаг навстречу друг другу. Давай это отпразднуем.

С этими словами он потянулся к бутылке и с весьма эффектным «чпок» откупорил пробку.

Бокалы с шипением наполнились искристым напитком. Будущий муж протянул мне один из них, а я с опаской приняла холодный хрусталь из его рук.

– С-спасибо.

– Да не трясись ты так. Оно не отравлено, – улыбнулся мужчина и первым пригубил напиток.

Почему-то это замечание задело. Словно он меня трусихой только что обозвал. Поэтому, чтобы не отставать, я тоже отпила из бокала. На вкус напиток показался приятным. Будто лимонад.

– Тебе идет новый гардероб. – Реплика Аарона заставила меня смутиться. – Под этим халатиком то, что я думаю?

Щеки были готовы запылать огнем, и, чтобы хоть как-то охладить их и собственные мысли, я отпила еще глоток шампанского, а после прижала бокал к щеке.

Хорошо-о-о.

– Аарон, я бы хотела серьезно поговорить, – выпалила, набрав в легкие побольше воздуха. – О наших отношениям в этом… ну, этом самом смысле.

Его брови взлетели вверх. Кажется, мне удалось удивить мужчину.

– Серьезно? Ты хочешь поговорить о сексе?!

– Да. – Я энергично закивала. – Точнее, об ограничениях в нем. Раз уж мы неотвратимо движемся к серьезным отношениям, нужно четко разграничить допустимое и недопустимое.

– Очень интересно. – Аарон придвинул к себе один из стульев и, оседлав его на манер лошади, уставился прямо на меня. – Ну, продолжай. Мне правда интересно.

– Я считаю, что в серьезных отношениях недопустимы извращения, – твердо заявила, глядя в глаза.

– Это связывание цепями? Порка плеткой и зажимы на соски? – с усмешкой спросил будущий муж, а я открыла рот от удивления. Как он вообще озвучил подобное? И тут же возмутилась:

– Это само собой! Но я об ином. Об… о… ми-не-те!

О да, Господи, я это сказала вслух!

Он молчал, задумчиво потирая нижнюю губу указательным пальцем. Возможно, просто не расслышал?

– О минете, – уже куда тверже повторила я и продолжила: – Помню, что вы намекали, и я догадалась, куда вы клоните. Но нет! Я считаю подобное недопустимым!"

"Лицо Аарона сделалось серьезным. Он даже руку к щеке приложил, чтобы с задумчивостью слушать дальше.

Но я не нашлась, что еще сказать. Смутилась.

– Так, хорошо. А допустимо тогда что? – задал жених встречный вопрос, к которому я приготовилась заранее.

– Поцелуи и приличные позы.

– Приличные? – Его брови взлетели вверх.