Чудовищное предложение

– Мистер Донован, вы смогли выяснить что-то по поводу моего наследства? – осведомилась я уже в машине.

– Милая Одри, если честно, я еще не начал заниматься вашим делом, – извиняюще улыбнулся мужчина, выруливая с подземного паркинга. – Прошло слишком мало времени. Но уверяю, помощь вам стоит в приоритете моих дел.

– Спасибо, – порозовела от смущения я. – Безумно вам благодарна!

– Что вы, это в удовольствие, – отмахнулся Донован. – И ради восстановления справедливости. Я, к сожалению, отличаюсь обостренным чувством… Мешает жить периодически, знаете ли.

– О, как я вас понимаю…

– Поверьте, Одри, справедливый адвокат – горе в семье, – рассмеялся в ответ мужчина, и на этом наша беседа как-то закруглилась.

Я отвернулась к окну, с интересом наблюдая за пролетающими за стеклом улицами. Нью-Йорк разительно отличался от любого города Италии, но имел свое очарование. Огромный, величественный муравейник, в котором как никогда четко ощущаешь, что ты лишь часть системы. Маленькая шестеренка внутри механизма… или даже просто зазубрина на ней, которая, возможно, мешает движению.

Мы выехали на оживленный проспект. С одной стороны дороги мелькали здания, а с другой… с другой раскинулся зеленый парк.

– Центральный. В последнее время его еще больше облагородили, и теперь гулять – одно удовольствие. – В голосе Донована слышались теплота и гордость.

– Да, он красивый. – Я с тоской смотрела на проплывающие мимо деревья.

– Если хотите, то можем оставить машину и немного пройтись, – предложил чутко уловивший мое желание адвокат.

– А так можно?

– А почему нет? Аарон не ограничивал нас во временных рамках.

Я решительно кивнула и непроизвольно стиснула пальцы на ремне безопасности. Очень хотелось на улицу, в зелень… Вдохнуть полной грудью свежий воздух.

Впрочем, как оказалось, со свежим воздухом я дала маху. Деревья тут, конечно, были, но центральный парк оказался не в силах победить Нью-Йоркский смог. Да и сам парк… искусственный до последнего нюанса. Аккуратные газоны, подстриженные кустарники и даже кронам некоторых деревьев была придана форма. В общем, природы тут не было. Было произведение рук человеческих на основе флоры.

– Нравится?

Я покосилась на Донована и честно сказала:

– Кажется, мне по душе более дикая природа.

– Тогда на этой почве вы однозначно сойдетесь с Аароном, – вновь вспомнил про моего будущего мужа адвокат и добавил: – Он тоже любит дикость. Иногда даже слишком. Заражается, что ли? Всякий раз из отпуска в далеких уголках земли к нам возвращается неистовый неандерталец. Даже женщины жалую… эм… то есть служащие.

Донован смутился от слишком личной информации о дорогом начальстве, а я нахмурилась. Оговорка про женщин не порадовала.