Так целует ужасное чудовище...

Он вообще не задавал вопросов, а я сидела и, затаив дыхание, неотрывно смотрела на здание, в котором провела столько времени. С этим местом были связаны не просто эмоции – вся жизнь и, каждую минуту, которую я этой ночью провела рядом с ним, ощущала удушающую боль.

Не описать словами, как мне хотелось войти внутрь. Обнять родителей и улыбнуться Абель. Зайти в свою спальню, полежать на кровати, полистать любимые книги. Все это казалось настолько близким и, в тот же момент, невозможным, что душу в очередной раз разрывало в клочья. Сжигало адским пламенем и превращало в пепел, который легче развеять по ветру, чем заново собрать.

Ночь тянулась медленно и у меня было много времени для размышлений. Как и желания просто взять и разреветься.

Но почему-то я вспоминала слова одной женщины, которая преподавала мне в школе социологию. Как-то она сказала, что, когда вся жизнь рушится и мы стоим на ее руинах, по большей степени мы хотим вернуться в прошлое потому, что там нам известны правила игры. Все привычно и понятно. Все же мы, люди, любим эту понятливость и стабильность. Приняли такую жизнь и уже плывем по привычному течению.

Но то, что жизнь разрушена, не означает, что она закончена. Просто у нас новые правила игры. Будем ныть и утопать в жалости к самим себе и эти новые правила нас сожрут. Но мы можем и обыграть их.

Мои родители и сестра живы. С ними все хорошо. Я тоже пока что жива. Просто у меня новые правила. Новая жизнь.

Когда наступило утро, в доме наконец-то зажегся свет. Проснулись мои родители. За ними и Абель. Мне хватило лишь на несколько мгновений увидеть их в окне, чтобы взбодриться. Очистить разум от той боли, которая бурлила во мне всю ночь.

- Мы можем уезжать, - сказала Рабану. К счастью, он успел несколько часов поспать ночью, но все равно я решила, что сегодня ему нужен будет выходной. Хоть и мужчина, несмотря ни на что, выглядел как скала, которая не знает, что такое усталость."

"Когда мы подъезжали к дому, я думала лишь о том, как сильно хочу в душ, но, увидев рядом со зданием машину Дагласа, попросила Рабана остановиться.

Включив телефон, набрала Мили.

- Мой муж у меня? – спросила, как только она ответила.

- Да, - девушка говорила очень тихо. Шепотом. – Господин Тейлор пришел еще до того, как вы написали мне то сообщение. Я подумала, что это вы и открыла дверь.

Мысленно я поставила себе галочку напоминания о том, что нужно прочитать Мили лекцию о безопасности. В первую очередь о том, что нужно спрашивать, кто пришел. Заодно напомнить ей, что у меня вообще-то есть ключи.

- Госпожа, ваш муж очень зол. Он провел тут всю ночь. Ждал вас. Я не понимала, что делать и когда он спрашивал у меня, где вы, я сказала, что не знаю.

- Ты все правильно сделала. Не говори ему, что я звонила.