Чудовище Карнохельма

А наречение можно разорвать, я знаю способ. Так что да, отпущу. Мне ты не нужна.

И, решив, что беседа окончена, ильх развернулся и снова пошел вперед. Легко, несмотря на свой рост и вес. Словно его ноги и не проваливались в снег!

Я прищурилась. И почему от последних слов варвара так неприятно? Ведь радоваться должна! Может, дело в том, что эти слова я слишком часто слышала за Туманом, у себя дома? Не нужна… Ты не нужна, сорняк Энни…

Прикусила губу, сдерживая эмоции. Задрала повыше нос и решительно потопала за ильхом.

— Вот и замечательно! — громко произнесла я. — Потому что все, чего я хочу, это вернуться к любимому! Меня жених ждет!

— Кажется, ты о нем забыла, когда была в незримом мире, — насмешливо уронил Рагнвальд.

Я споткнулась, со злостью уставившись на мужскую спину. Вот же мерзавец! Я же объяснила, что это лишь сон!

— Хотела убедиться, что лучше Гудрета никого нет! — рявкнула я. — Теперь знаю точно!

Ильх не ответил, но я была уверена, что он меня слышит. Его спина, и без того кажущаяся высеченной из мрамора, окаменела, мышцы напряглись. Но ильх даже не повернул головы, продолжая шагать вдоль скал.

А мне ничего не оставалось, кроме как тащиться следом.

К тому времени, когда солнце застыло белым диском над нашими головами, я успела взмокнуть в своей шубе, набрать полные ботинки снега, устать, как тягловая лошадь, и несчитанное количество раз проклясть и фьорды, и варваров, и свою дурацкую мысль сбежать из дома за Туман! Мой живот ворчал, настойчиво напоминая о необходимости хоть что-то туда кидать, ноги болели, а спину и руки ломило. В глаза словно насыпали песка, порой я совсем ничего не видела сквозь свои треснувшие очки и пугалась грядущей слепоты. Хорошо, что следы Рагнвальда виднелись на снегу четкими отпечатками и можно было ориентироваться на них. Потому что фигура ильха все чаще расплывалась перед моими глазами. Но я сжимала зубы и не позволяла себе унылых мыслей. Мешок стал казаться неподъемным, и я уже всерьез подумывала его бросить. Но потом смотрела на легкую походку ильха, который, похоже, вообще не знал слова «усталость», и необоснованная злость заставляла меня двигаться дальше.

Я была уверена, что варвар так и дошагает до своего клятого Карнохельма, не приседая ни на минуту и не испытывая ни голода, ни жажды, ни других естественных потребностей. Статуя, а не человек!

Сунула в рот ледышку, чтобы заглушить сосущее чувство внутри, и с неприязнью покосилась на широкую спину и связанные шнурками белые волосы.

И даже удивилась, когда ильх свернул под скальный навес между двумя огромными елями.

— Привал, чужачка.

— Быстро ты утомился, — съязвила я. — А с виду крепкий!

— Знал, что вид тебе нравится, — без тени улыбки произнес он.

Я поперхнулась ледышкой и закашлялась.