Чудовище без красавицы

 – Идиот! Кретин! Разве можно облизывать крышку люка!

Парень скосил глаза вбок и опять замычал.

– Погоди, – засуетилась я, – сейчас.

Девчонки-продавщицы, умирая от смеха, нагрели воды и вручили мне чайник. Я вытащила «Тефаль» на улицу и принялась поливать люк.

– Гражданочка, – раздался командный голос, – чем занимаемся?

Я подняла глаза, увидела страшно серьезного милиционера лет двадцати, круглощекого и пухлогубого.

– Вот, пьяницу отмораживаю, гляди, языком приклеился!

Патрульный присел на корточки, потом заорал:

– Колян, Петька, топайте сюда, чего покажу!

Захлопали дверцы, и из бело-синего «жигуленка» вылезло еще два мента, один совсем юный, другой постарше. Оба держали в руках дымящиеся пластиковые стаканы с «лапшой за пять минут».

– Ну и ну, – хихикнул молодой, – первый раз такое вижу.

– Чего только не случается, – философски заметил старший.

В эту минуту алкоголик отодрал язык и заорал:

– Ну чаво уставились, идиоты! Мужика не видели!

– Ты это, потише, не бузи, – пригрозил первый патрульный, – мы при исполнении.

– Так и исполняли бы, – злобился парень, из которого странным образом улетучился весь хмель, – сидели в машине, жрали, а я на четвереньках стоял!"

"– Вот интересное дело, – возмутился пожилой, – мало ли кто как ходит!

– Идиот! – рявкнул парень.

– А за это ответишь, – нахмурились менты.

– Ладно вам, ребята, – вмешалась я, – пусть домой идет. У него от мороза мозги помутились.

– Скажи гражданке спасибо, – велел один из постовых, – кабы не она, худо бы тебе пришлось!

– А пошли вы все, – гаркнуло небесное создание и удалилось.

– Человек – тварь неблагодарная, помнящая только зло, так говорил Шопенгауэр, – с чувством произнес молодой патрульный, – пошли, ребята, лапшу дожуем, хоть и остыла.

Я посмотрела им вслед. Мент, цитирующий Шопенгауэра… Это что-то новенькое. Хотя Олег, например, хорошо образован, но у него за плечами юрфак, а дорожно-патрульная служба имеет, как правило, «в анамнезе» только школу милиции.

Домой я пошла, еле двигая замерзшими ногами.

– Ну, наконец-то, – вздохнул Аким, – за смертью тебя посылать, купила?

– Да, – буркнула я.

– Что так долго? Все проголодались!

Я молча вешала куртку в шкаф. Между прочим, невестка, молодая женщина, отправилась поздно вечером за едой и задержалась. Вдруг на нее бандиты напали? Нет бы заволноваться!

– Ну, пришел ужин? – поинтересовалась Лерка, высунувшись в коридор.

– Где ты шлялась? – зудел Аким. – Нет, ответь, куда подевалась? Очень и очень странно. Муж лежит хворый, а жена постоянно исчезает…

– То-то у Олега голова болит, – противно захихикала Парфенова.

– При чем здесь голова? – удивилась я. – Как с ней радикулит связан?

– Рога растут, – радостно пояснила Лерка.