Прекрасная помощница для чудовища

Словно какая‑то недосказанность и вопрос висит между мной и начальником, и никто из нас не решается разрушить это молчание.

Приходит лифт. Мы заходим.

— Мы выезжаем через десять минут, — произнес, наконец, Гайне, пристально смотря на меня. — Придется собираться очень быстро, мы и так здесь задержались больше положенного.

— Хорошо.

В номере, покидав в сумку все, что успела из нее достать, и проверив, ничего ли не забыла, села ненадолго на кровать, чтобы перевести дух. Ну и вечер. Чудный, чудесный, чудовищный. А завтра утром на работу, и конец сказки. А я бы не отказалась бы еще тут побыть хотя бы пару дней.

Посмотрела на часы. Через минуту наступит полночь. Символично.

Платье снимать и переодеваться не стала — времени нет. Лишь накинула сверху черный пиджак, а то ночью прохладно на улице. Туфли закинула в сумку, а на ноги надела удобные балетки.

В одной из комнат нашла своего сурового, вновь ставшего холодным и отстраненным начальника.

— Собрались, Валерия Николаевна? Замечательно. Идемте.

Комфортная немецкая машина быстро довезла меня и моего начальника в аэропорт. Процедуру контроля прошли тоже невероятно быстро, но пришлось посидеть немного в зоне ожидания, пока готовили самолет. Еще в машине начала нестерпимо зевать, а так как спать в креслах мне уже не привыкать, тем более в таких удобных и суперсовременных, то, оказавшись на борту, я откинула спинку занятого мной сидения на максимум, завернулась в принесенный стюардом плед и сразу уснула. Процессу засыпания не помешал даже Гайне, сидящий напротив и что‑то опять изучающий в своем компьютере. Железный человек.

Из крепкого сна меня вырвал солнечный луч утреннего солнца, нахально светящий мне в глаза. Приоткрыла глаза, полюбовалась потрясающе красивым рассветом в небесах, после чего прикрыла лицо пледом и вновь задремала. Сплю уже не так крепко и приснился мне на удивление чувственный и живой сон, как меня притягивает к себе под бок пересевший в соседнее с моим кресло начальник.

Простыми объятиями дело не огранивается. Шеф осторожно гладит меня по щеке, после чего настойчиво притягивает меня к себе еще ближе, почти усаживая на колени. Как это и бывает во снах, у меня нет сил противиться, производить резкие движения, да и не хочется. Я просто следую своему сну. Мне невероятно тепло и уютно, в животе порхают бабочки.

Виктор аккуратно берет меня за подборок, очень медленно и осторожно наклоняется. Все внутри меня будто сжалось. Мне страшно, и в то же время я словно лишалась воли и не в силах отстраниться. Все происходит в полном молчании, отчего усиливается ощущение нереальности происходящего.

В моем то ли сне, то ли яви Виктор все‑таки сделал это — поцеловал меня. Все так же медленно и осторожно, но так чувственно и в то же время властно.