Красавица для Чудовища (СИ)

Мой первый подарок от любимого мужа. Дрожащими пальцами прикоснулась к кулону, который так идеально разместился в яремной впадине у меня на шее. На щеках сразу же выступили пятна от волнения.

Миша купил мне подарок, но ведь он собирался разводиться со мной.

— Если ты купил его мне, — надломленным голосом протянула я, оборачиваясь. — Значит ты…

— Я скучал, — выдохнул он. — По твоему голосу в своем доме. Поэтому приехал сюда за тобой.

— Ты… — запнувшись, я округлила глаза в неверии. — Серьезно?

Миша кивнул, а затем встал с кровати и направился к окну. По моей щеке скатилась слеза, которую я быстро смахнула рукой.

Он больше ни сказал ни слова, словно этого разговора между нами не было. Миша приехал сюда, потому что соскучился. По коже пробежали мурашки, а сердце готово было выскочить из груди от переполняемых меня, чувств.

Натянув маску безразличия, Миша помог мне надеть куртку и взяв, непонимающую меня, на руки, направился к выходу из номера.

— Мне легче было остаться в номере, — заверещала я, дергаясь в его объятиях. — Ты бы доделал свои дела и вернулся ко мне.

Было бы восхитительно, если бы он остался со мной: мы бы заказали еду в номер и весь день лежали в объятиях друг друга. Или же, я просто подождала бы его здесь, в его постели, пока он бы решал свои рабочие моменты.

— Мы с тобой сейчас пойдем на обед, — тоном, не терпящим возражений, сказал он, закрывая дверь на ключ-карту. — А потом, отправимся на смотровую площадку.

— Но я не могу ходить! — возмутилась я. — Ты будешь держать меня на руках весь день?

— Да, — цокнув, нервно выдохнул он. — Значит будешь весь день у меня на руках.

— Но, Миша…

«Что скажут люди», — промелькнуло в голове, но я замолчала, прикусывая язык. Мишу это совсем не волновало, и, сейчас, мои слова, только сильнее бы его разозлили.

Да и мне безумно нравилось быть в его руках.

— У меня тоже есть для тебя подарок, — прошептала я. Миша выдохнул и слабо улыбнулся. — Он в моем номере.

— И что это?

— Покажу позже, — ответила я, вспоминая о тех часах, что купила, с горестью полагая, что никогда не смогу их ему подарить.

Я прижалась к его шее, когда мы спустились в вестибюль. Дико смущалась, стоило представить, как все пялились на нас с Мишей.

— Моя Даша, — пробормотала я. — Наверное совсем одна, — проговорила, вспомнив о том, что подруге совсем не нравилось обедать в обществе неприятных ей, людей.

Наверняка, из-за Димы, ей бы пришлось выносить еще и Риту, если бы у парня совсем не осталось стыда и он бы пригласил девушку за их общий стол.

— Позови ее, — сказал Миша. — Пусть обедает с нами.

Мы вошли в столовую и сразу несколько пар глаз обратили на нас свое внимание.