Чудо с ушами, или Успокоительное для дракона

– Ничего не забыл, – возразила я. Хотя не хотелось защищать незнакомого дракона, а надо. Не ради него, ради вот этого, никому не нужного – как он считает, – ребёнка. – Он тебя забрать собирался.

– С чего бы вдруг? Если не знал, что я крылатый… Бескрылых забирают, только если мать умерла, а моя жива-здорова.

– Ну и что? Он тебя в военное училище отдать хотел, чтобы ты карьеру делал, чтобы шанс на лучшую жизнь получил, а не оставался крестьянином. Этот, что тебя привёз, сам сказал.

– А что ему соврать мешало?"

"– Ничего, наверное, – вспомнив, как он назвался отчимом дракончика, согласилась я. – Только сам посуди – с чего бы именно сейчас от тебя избавляться? Жил-жил все эти годы, деньги за тебя, наверное, немалые платили…

– Это да. Отец не скупился.

– Во-от! А теперь ему сообщат, что ты утонул, и выплаты прекратятся. Для чего бы ещё от дойной коровы избавляться, если бы не страх наказания за ложь? Кстати, о том, что ты крылатый, многие знали?

– Не-а. Родители только, братья и сестра самые старшие, и всё. Мне не разрешали никому говорить, и обращаться, когда кто-то видит – тоже.

– И мама не разрешала?

– Ага.

Видимо, там и правда очень хорошие деньги платились, может, всей семьёй на них жили. Только на что надеялись? Что и взрослого дракона скрывать получится?

– Слушай, а этот, который тебя привёз, он-то откуда знал?

– Не знаю. Я его в первый раз сегодня увидел. Да и то толком не разглядел. Он лицо закрывал. Да и видел-то его всего секундочку, а потом по голове получил.

– Откуда же знаешь, что первый раз, если не разглядел?

– Так я вообще чужих никогда не видел, всю жизнь в нашей деревне просидел. И односельчан всех наперечёт знаю, с чужаком не спутаю. Этот – чужак.

Мы ещё какое-то время помолчали, а потом до Эйдера, наконец, дошло:

– Значит… значит, всё это правда? Отец меня не забыл? И даже забрать хочет?

– Получается, что да, – улыбнулась я его радости. Мой-то от меня вообще отрёкся сразу же. А об Эйдере помнили.

Дракончик снова примолк, а когда я в следующий раз на него оглянулась, уже крепко спал со счастливой улыбкой на совсем ещё детском лице. А я вздохнула с лёгким сожалением – всё же наш разговор разгонял мою дремоту, а теперь придётся в одиночку ото сна отмахиваться.

Ночь мне показалась бесконечной. Только и радости, что дорога, становившаяся всё шире и ровнее, да луна, всё так же освещающая мне путь. Несколько раз я проезжала мимо стоянок, похожих на ту, где собирались заночевать похитители – костёр, повозки, одна или несколько, спящие вокруг костра люди, иногда кто-нибудь клевал носом, поддерживая огонь или охраняя стоянку.

Но в целом дорога была безопасной, службы, следящие за порядком, не зря получали своё жалование.