Чудо купальской ночи

Это даты длительности их отношений, иногда рядом записаны адреса этих женщин. Впрочем, не стану вас убеждать. Мне хотелось честно предупредить вас, потому что Ставров сказал, что вы совсем молоденькая, и не обманул. Мне просто вас жаль. А поверите ли вы мне или нет, это уже ваше дело. И как поступать – тоже.

Надя поставила стакан на стол, сдержанно кивнула Полине и не спеша направилась к входной двери. Вдруг остановилась перед ней, повернулась и сказала напоследок:

– Кстати, чтобы вы знали: мы никогда не разведемся со Ставровым. Наш брак устраивает нас обоих, как и та свобода, которую мы даем друг другу. Он мой муж и им останется. К тому же, вы же знаете, Клим чертовски хорош в постели, а такими мужчинами не разбрасываются. Прощайте, Полина. Да, Клим сказал мне, как вас зовут. Он вообще много чего мне про вас рассказал.

И она вышла за дверь, процокала каблучками по покрытию дорожки, хлопнула тяжелой калиткой, через несколько секунд послышался звук отъезжающей машины, а Полина все стояла и стояла в той же позе и смотрела в черноту, закрывавшую ей глаза…

– Книжки! – вдруг подскочила она на месте от пришедшей идеи. – Она сказала записные книжки!

И Полина побежала в спальню, рванула с такой силой на себя выдвижной ящик тумбочки, что он выскочил из пазов, рассыпав по ковру все свое содержимое. Не выпуская пустого ящика из руки, Полинка села, не глядя, на край кровати, в ужасе прошептав:

– Господи, что я делаю?! Что я творю?! – Она отбросила ящик, закрыла лицо руками, застонала и принялась раскачиваться из стороны в сторону, повторяя в полном отчаянии: – Что я делаю?!"

"И вдруг сорвалась с места, подскочила и принялась лихорадочно носиться по дому, собирая какие-то свои вещи, бегом возвращалась в спальню, кидала их на кровать, снова бежала куда-то, притащила сумку и только тут остановилась, вернувшись в разум.

– Спокойно, – призвала она саму себя. – Подумай и только потом делай.

Думать не получалось. Думать совсем не получалось – было очень плохо, больно, словно вырезали что-то изнутри без наркоза, сил никаких не осталось ни терпеть, ни дышать, ни жить.

Но она заставила себя сосредоточиться на конкретном деле – собрать правильные и нужные на первое время вещи. Остальные можно будет и потом забрать. Когда наступит это «потом» и сколько будет длиться это первое время, Поля не знала, а думать так и не получалось.

На автомате сложила самое важное, по сто, наверное, раз перепроверив и по сто раз повторив в голове, что именно из вещей важно не забыть. Обошла весь дом, выключила везде свет, проверила окна-двери, отключила краник на газовой плите, вышла, заперла дверь на замок, положила ключ под кадку с цветком на веранде, а вот от калитки ключ пришлось взять с собой.

«Ну, ничего, – подумала Полина.