Чудо-чадо и чудовище

Изабелла, Ванесса. Огласить весь список?""

Дима кряхтит и кашляет в кулак. Я представила курицу по имени Ванесса и сжала свой кулак зубами до боли.

Тын–тын.

""Все. Имена закончились. Пошли искать словарь""

Меня выдают трясущиеся плечи.

– Елена Владимировна, – зовет шеф, – я что–то смешное сказал?

– Нет.

– Тогда над чем вы смеетесь?

– Простите, Олег Дмитриевич. Это дочка.

– Дмитрий Дмитриевич, а у вас что?

– А у меня племянница.

Я все–таки прыскаю. На шефа глаза поднять страшно, по голосу чувствую – закипает.

В зале на несколько секунд виснет зловещая тишина. Коллеги, кажется, не дышат.

Справляюсь с эмоциями, готова внимать речь руководителя. А тот не торопится. Задумчиво потеребил гладкий подбородок и выдал:

– Дмитрий Дмитриевич, продолжайте совещание. У вас же есть что сказать после командировки?

– Да, конечно.

– Прошу.

Дмитрий занимает место шефа, а Олег Дмитриевич садится в его кресло. То есть напротив меня. Вот сейчас точно не смешно.

Тын–тын.

Телефон в руки брать боязно. Шеф ведь специально сел на место Димы, чтобы за порядком следить.

А вот телефон моего мужчины лежит прямо перед Олегом экраном вверх. И ему тоже пришло сообщение. Я вижу, что экран светится долго и шеф спокойно читает текст, а потом выразительно поднимает на меня брови.

Легонько пожимаю плечами с видом ""Я тут ни при чем"" и опускаю низко голову.

Дима что–то уверенно рассказывает, объясняет, коллеги делают пометки в своих блокнотах. Я давно сбилась и перестала записывать. Потом, если что, спрошу у Димы.

Пытаюсь вникнуть в его речь, но слушаю только голос. Деловой тон. Красивый тембр, притягательный. Залипаю на него, потеряв связь с реальностью.

Тын–тын.

Тын–тын.

Надо было заранее звук убрать, чтобы не отвлекаться на сообщения и не нервничать в неизвестности что там.

Олег Дмитриевич тем временем читает высвечивающийся текст и тоже начинает кряхтеть в кулак. Мне жутко любопытно, что за сообщения пришли нам с Димой, но посмотреть не решаюсь. Даже на шефа глаза поднять не смею.

Он кряхтит выразительнее, чем привлекает мое внимание. Взглядом указывает на мой телефон, чтобы я прочитала. Уверен?

Смахиваю блокировку, открываю мессенджер.

Алиса создала общий чат, чтобы не слать сообщения каждому по отдельности.

""Пока искали словарь, куры перепутались. Переименовываем заново""

Прикусываю до боли губы. На шефа глаза не поднимаю, но чувствую – и он еле сдерживается.

Тын–тын.

""Сосед за забором услышал Марину и посоветовал ей вместо имен нарисовать на курах зеленкой номера""

Тын–тын.

""Бабуля пошла искать зеленку. Радуется, что цыплят не завела""

На глаза наворачиваются слезы, губы искусаны чуть ли не до крови.

– Олег Дмитриевич, с вами все в порядке? – на манер брата строго спрашивает Дмитрий Дмитриевич.