Чудище, или Одна сплошная рыжая беда

Но я извиняюсь, что с ним делала всю ночь Неаполь, что наш пиратский капитан не только по утру сгонял в парикмахерскую, но еще и начисто побрился?!

— Вау, — коротко, но сочно оценила Эльза своего сегодняшнего кавалера. — Илья Алексеевич…

— Не надо слов, — прогоготал Харлей, галантно выставляя локоток. Изобразив реверанс, подруга величественно его приняла и эти двое царственно выплыли к народу.

И этот наглый питекантроп даже привычно в мою сторону свои шуточки не опустил! Н-да. Для высшего общества, по ходу, сей клиент потерян навсегда.

Ну и слава богу!

— Следующий, ёпта! — радостно выдала Неаполь, распахивая дверь. И тут уже ввалились сразу двое.

Михей сегодня был в любимом черном. Брюки, рубашка, жилетка, пиджак и даже галстук! Но екарный бабай, кто б только знал, как ему шло на самом деле…

Я даже не удивилась, когда Лександрыч замер, удивленно хлопая глазами, рассматривая застывшую Арину. О да, соседа понимаю!

Кое-чьими стараниями Аришу было не узнать. Тяжелый жатый шелк платья насыщенно-сапфирового цвета едва касался пола. Завышенная талия, широкий лиф, отсутствие бретелек и широкий пояс, затейливо расшитый камушками. Теми самыми, на букву «С»! Смоляные волосы со вчерашних пор приобрели цвет темного шоколада с мягким переливом, а сегодня роскошную копну просто завили в крупные локоны и перекинули на грудь.

Сей образ подбирали, если честно, хором. Уж слишком разнились мнения о том, какой Ариша должна предстать перед упрямой старушкой, но в итоге победила, как ни странно, дружба. И девушка осталась такой же, как была, то есть милой, хрупкой, нежной…

— Слушай, если он ее вот так будет при родительнице пожирать ее глазами, спалим всю контору напрочь, — почесала моя светлость нос, обращаясь к обалденно выглядящему Верещагину. Черный костюм, да с белой рубашкой ему шли от слова офигенно, там даже галстук не потребовался.

— Рыж, а ты себя-то в зеркало видела? — насмешливо протянул Олег. — Я сам, по-моему, сейчас на слюни изойду.

Я почесала нос. Ну да, согласна, перебор. Длиною в пол черное платье вроде как было закрытым… На первый взгляд. Длинный рукав был только один, вторая рука и плечо оставались обнаженными. В остальном все тело наглухо закрыто, мягкий тонкий бархат красиво так все облегает, а волосы уложены в свободный пучок на затылке, состоящий из мелких тонких завитков. Кокетливая прядь на щечку, алая помада и бархатные туфли на платформе и высоченном каблуке — вот, в общем-то и все.

От зависти в шкафу тихонько стонали не выгулянные кеды."

"— А так? — ухмыльнувшись, слегка отставила я ногу. Полы платья разошлись, явив длиннющий разрез до самого бедра. У кого-то глаза на лоб полезли. — Олежка, челюсть поднимай! Пора на выход! Михась?

— А? — с заметным трудом и не сразу пришел в себя Алехин.