Чудесный сад жены-попаданки

— Нажим в голосе Эйнсли ощущался физически. — Имение убыточно. Если вы не избавитесь от него, вскоре оно в принципе уйдёт с молотка за долги, а вы станете банкротом. Надо ли вам это?

Он что, пытается меня запугать?

— Я впервые слышу об убыточности Колдшира. — О каждое из моих слов можно было порезаться. — И до тех пор, пока не выясню все обстоятельства, не собираюсь ничего предпринимать.

Эйнсли закатил глаза.

— Здесь нечего выяснять. Вызовите своего управляющего, задайте ему прямой вопрос и назовите сумму. Поверьте, я хочу помочь вам, как добрый сосед соседке.

У, какой «агрессивный маркетинг»! Значит, что-то наверняка нечисто.

— Извините, лорд Эйнсли. — Я поднялась из кресла, дав понять, что визит окончен. — Но я правда очень устала с дороги и сейчас неспособна решить даже, чего бы мне больше хотелось на ужин. Приезжайте… — Я неопределённо повела рукой. — Дня через три. Поговорим как добрые соседи — к тому времени я буду готова дать вам ответ.

У Эйнсли заходили желваки.

— У вас очень… осторожный подход к делам, леди Каннингем, — процедил он, поднимаясь. Натолкнулся взглядом на Райли и, проглотив следующую фразу, почти выплюнул: — Но раз вы хотите отложить столь очевидное решение, не буду спорить. Приеду в другой день.

Он изобразил поклон и со словами «Не трудитесь звать прислугу, я найду выход» широким шагом покинул гостиную.

А я, после того как закрылась дверь, почти рухнула обратно в кресло. Моя внутренняя батарейка села окончательно, а ведь по-хорошему надо было и впрямь вызвать Грира и потрясти его на тему финансов.

«Нет. — Я прикрыла глаза. — Не сегодня».

Сегодня мне бы просто добраться до апартаментов.

Рядом раздался шорох, и я вспомнила о Райли. Разлепив глаза, обернулась к нему:

— Можешь идти. И обязательно соблюдай мои рекомендации по лечению.

— Вам бы тоже не мешало к ним прислушаться, — с грубоватой проницательностью заметил Райли. — Давайте я провожу вас до ваших комнат.

— Не выдумывай, — поморщилась я. — И не забывай о своём положении слуги.

Райли слегка наклонил голову к плечу.

— Но вам ведь безразлично, как я себя веду.

— Ничего подобного, — возразила я, силой воли поднявшись из кресла. — Я бы предпочла, чтобы ты вёл себя как вся остальная прислуга.

Райли тихонько хмыкнул, что я, впрочем, предпочла пропустить мимо ушей. Степенно (потому что на ватных ногах) вышла из гостиной и, миновав недлинный коридор, оказалась в холле.

Чтобы пройти к себе, мне надо было подняться по лестнице, с которой (не иначе в честь моего приезда) убрали позорную ковровую дорожку.