Нечто чудесное

– Не лодка, а корабль, – весело усмехнулся Джордан, – и не он, а ты качаешься, любовь моя. Боюсь, это последствия печального злоупотребления вином за ужином.

– Но капитан упросил меня попробовать каждое. Он такой милый, – запротестовала Александра, довольная собой и всем миром в целом.

– Посмотрим, что ты скажешь завтра, когда проснешься, – предупредил Джордан. Он послушно отвернулся, пока она раздевалась, а потом уложил жену в постель и подоткнул простыню.

– Милорд, – спросила она, – вы тоже ложитесь? Неужели она навечно обречена обращаться к нему «ваша светлость» и «милорд»? Ей так хотелось бы назвать мужа по имени! Но вдовствующая герцогиня строго-настрого запретила подобную вольность, если только муж не даст ей на это разрешения. Но ему, по-видимому, подобное в голову не приходило.

– Я немного подышу воздухом на палубе, – ответил он, доставая пистолет из кармана редингота и засовывая его за пояс.

Не успел он подняться на верхнюю палубу, как Александра уже спала. Джордан подошел к поручню, вынул тонкую сигару и задумчиво уставился вдаль, пытаясь решить, что делать с Александрой. После стольких лет необременительных связей с пустыми, ограниченными, корыстными, хотя красивыми и искушенными, дамами он считал, что имеет полное право на основании собственного печального опыта судить о всех женщинах. И вот теперь женился на благородной, умной, искренней и бескорыстной девочке.

И не знает, как поступить с ней.

Александра вбила себе в голову дурацкое, совершенно донкихотское убеждение, что ее муж благороден, нежен и «прекрасен». И ей, конечно, не втолковать, что на самом деле Джордан циничен и пресыщен. За свою не слишком долгую жизнь он убил бесчисленное множество мужчин и делил постель с женщинами, имена которых трудно припомнить и пересчитать.

Александра исповедует искренность, доверие и любовь и твердо намерена обратить его в свою веру. Но Джордан не желал иметь ничего общего с ее верой."

"Алекс была неисправимой мечтательницей, он – безнадежным реалистом. Подумать только, она постоянно ждет, что вот-вот случится «нечто чудесное», и это совершенно неудивительно – недаром она твердит, будто мокрая земля благоухает, как дорогие духи…

Александра желает, чтобы он увидел мир ее глазами, глазами неиспорченного, милого, умного ребенка, но для этого слишком поздно. Все, что он попытается сделать, – как можно дольше ограждать ее от ужасов и грязи окружающей действительности. Но он не хочет и не может жить с ней в зачарованном королевстве.