Нечто чудесное

 – Хок есть Хок, что поделать? Он никогда не выказывает своих чувств, И известен скорее необычайной сдержанностью, чем похожде…

– Довольно, Тони, – резко оборвала герцогиня и дернула за шнур сонетки, вызывая горничных. Александра и Тони тоже поднялись.

– Будем сегодня фехтовать? – спросил он. Девушка кивнула. Прекрасный способ убить время до нелегкого разговора с Джорданом.

Около половины первого Хиггинс появился в кабинете Джордана с запиской от некоего джентльмена с Боу-стрит, в которой говорилось, что отправитель занемог и просит отложить их конфиденциальную встречу на завтра.

Решив перенести беседу с женой на более ранний час, Джордан взглянул на дворецкого:

– Где ваша хозяйка, Хиггинс?

– В бальной зале, ваша светлость, фехтует с лордом Энтони, как всегда по утрам.

Джордан открыл двери огромной бальной залы на третьем этаже и шагнул внутрь, не замеченный соперниками, легко, словно в балете, передвигавшимися по натертому полу. Слышался звон скрещивающихся рапир – «дуэлянты» наступали и отступали, парируя и нанося удары.

Прислонясь плечом к стене, Джордан не отрывал взгляда от гибкой женской фигурки в облегающих лосинах, льнувших к стройным бедрам и длинным ногам. Она не просто талантливая, понял он, но по-настоящему блестящая фехтовальщица, с безупречной координацией, молниеносной реакцией и великолепной техникой.

Все еще не подозревая о его присутствии, Александра неожиданно объявила о конце поединка. Задыхаясь и смеясь, она отбросила маску и тряхнула головой. Тяжелые локоны рассыпались по плечам спутанной волной цвета красного дерева, пронизанной золотыми прядками.

– Тони, ты стареешь и становишься неповоротливым, – насмешливо заявила она, снимая стеганый нагрудник. Энтони что-то ответил, и она с улыбкой взглянула на него через плечо. Джордана внезапно отбросило назад, сквозь время, и образ соблазнительной красавицы неожиданно слился с другим – очаровательной кудрявой девочки, размахивающей самодельной шпагой на лесной полянке… прижимающей к себе щенка… девочки, в глазах которой сияла неприкрытая, самоотверженная, готовая на все любовь.

И Джордан ощутил ошеломляющий приступ ностальгии, смешанной с острым чувством потери, потому что та девочка навсегда осталась в прошлом. Тони наконец заметил кузена.

– Хок! – шутливо воскликнул он. – Как по-твоему, я становлюсь неповоротливым, потому что старею?

Александра поспешно повернулась. Лицо ее мгновенно застыло.

– Надеюсь, нет, – сухо откликнулся Джордан. – В конце концов, я старше тебя. – И, обращаясь к Александре, добавил:

– Я освободился раньше, чем ожидал, и потому подумал, что мы можем поговорить сейчас.