Чудеса, да и только

— Сорвали два погона — считается убитым!

Сорвали один — значит ранили! Убитый совсем из игры выбывает, раненый имеет право отправляться в мед сан часть! Ползком, например!

— Ползком? Это еще зачем? Пусть идет себе спокойным шагом, всё равно из игры выбыл!

— Людочка! Ты сама себя слышишь? “Раненым” значит ползти, а “убитым”, что прикажешь делать? Лечь на снег и скрестить на груди руки? И вообще! Ваше дело в убежище прятаться! Отбиваться от нападающих!

— Мы то, да не отобьемся? Ха! Кто с мечом к нам придет, тот без меча, поползет обратно!

— Ага. Скажи еще: — “Кто обзывается, тот сам так называется.”

— Это ты к чему, сейчас выразился?

— Ни к чему. Цитирую. В детстве так говорили….

— Татьяна, сделай ему замечание! Чтоб, поосторожней с цитатами!

— Сереж, поосторожней с цитатами. В следующий раз не копируй выражение лица того, кого цитируешь.

— Ладно, мам, не буду копировать. Вообще прикинуть молчаливой рыбой.

— Правильно! Прикинься камбалой Серега, и шлем мне отдай!

— Артем, отвали! Не протягивай загребущие руки к моему шлемофону!

На этом моменте, Кирилл приподнял брезентовый полог, пропустил меня вперед и сам, следом за мной, шагнул внутрь палатки.

— Вот и сладкая парочка! Что-то быстро вы нагулялись, — беззлобно подколол рыжий Глеб.

— Гуляли бы дольше, да лось помешал прогулке, — в тон Глебу, пояснила я.

Народ потеснился за столом, нам с Кириллом налили в кружки остатки уже не горячего чая.

Разговор перетек в спокойное русло, без выкриков и гогота.

— Кто-то должен остаться, присмотреть за малышней, вместе с аниматорами. Всё-таки целый день в лесу проторчим. — задумчиво произнесла Людмила.

— Мои родители приедут часам к десяти. Их можно попросить взять под контроль малышей. — предложила я.

— Мы с Элеонорой Матвеевной, обсуждали этот вопрос. Не волнуйтесь, дети будут заняты всяческими спортивными играми на свежем воздухе. Элеонора Матвеевна на этот случай целую программу придумала, — сделав из кружки глоток, проговорила Татьяна."

"— До темна необходимо вернуться. Катанье на тройках на восемнадцать тридцать запланировано, — оглядев присутствующих поведал Михайлов старший.

— Ален, ты как относишься к катанию на тройках? — шепнул мне Кирилл.

— Хорошо. Наверное. Ни разу не каталась. Хотя… Когда была маленькая… Я мечтала прокатиться на настоящей тройке белых коней, чтоб с колокольчиками и сани расписные… Какую-то сказку мне бабуля читала, вот мне и хотелось побывать в той сказке…

— Здорово. — откликнулся Кирилл.

Надо же. Мне вдруг детские мечты вспомнились… И такое ощущение, будто стою на пороге чего-то сказочного…

— Знаете что! — Людмила хлопнула ладонью по деревянной столешнице, — я тут подумала….

Народ напрягся.