Притворись, что любишь

Ярко вспыхнувший свет позволил ему разглядеть жену. Лицо ее было хмурым. Кира вцепилась руками в живот и подозрительно часто задышала.

– Тебе больно? – спросил он испуганно. – Ляг на спину.

– Всё никак не пройдет, как будто изнутри ножом режет!

– Что ж ты молчала?!

– Я не молчала! – Кира укоризненно на него посмотрела.

Кирилл закусил губу, придвинулся к ней и осторожно потрогал живот.

– Легче становится? – спросил он с надеждой.

– То отпустит, то опять как ножом. Кажется, я рожаю! – простонала Кира.

Он вскочил с кровати и как ужаленный заметался по комнате в поисках телефона.

– Тебе рано! – кричал он. – У тебя же даже седьмой месяц еще не закончился!

Жена ему не ответила, а лицо ее исказила новая гримаса боли. Кирилл нашел-таки телефон и, параллельно натягивая брюки, набрал номер:

– Дядя Артур, Кире плохо! – проорал он, едва тот взял трубку. – Да какая на хрен скорая, пока доедет, я тут повешусь! Сам отвезу! К тебе? Да, буду осторожно! Выезжай!

Кирилл бросил телефон на прикроватную тумбочку и натянул свитер.

– Как ты? – спросил он жену.

Та не сдвинулась с места.

– Больно!

– Так, сейчас отвезу тебя к дяде, там разберутся. Где твой халат?

– Ты что, меня в халате повезешь?

– Дядя Артур сказал, что тебе нельзя лишний раз двигаться. Лежи спокойно, я тебя одену и отнесу к машине.

Когда добрались до клиники, их уже встречали с носилками. Киру погрузили и увезли так шустро, что Кирилл и опомниться не успел.

Через минуту в приемной появился дядя:

– Увезли уже?

Кирилл кивнул и прогремел горько:

– Почини ее, ладно? Она мне очень нужна.

– Кирюш, она ж не робот, на нее запчасти не продают! Жди меня тут! – И исчез в лабиринте смотровых и операционных.

Кирилл ждал, бесконечно меряя шагами приемную, еще совершенно пустую в столь ранний час. Через двадцать бесконечно долгих минут в дверях показался дядя:

– Ну что, страдалец, ничего страшного с твоей Кирой не случилось. Ложные схватки! Тоже мне паникеры, – покачал он головой.

– Ложные схватки? – удивился Кирилл. – Она же от боли корчилась! Я видел!

– Племянник, почему я нахожу на бедрах твоей жены свежие отпечатки твоих лапищ! Ты зачем ее так хватал? – ругал он понурившегося Кирилла. – С женщиной надо обращаться нежно и ласково! Говорю же, ничего страшного. Ложные схватки бывают болезненными. С этим ничего не поделаешь. Я ей обезболивающий укол сделал и рецепт на спазмолитики выписал. Будет в порядке, рожать ей еще рано.

– Хорошо, – Кирилл облегченно вздохнул.

– Можешь забирать домой. Кстати, с половой жизнью лучше пока повремени.

– Да я вообще к ней до родов не прикоснусь! – заверил он дядю.

– Так уж горячиться не надо. Впрочем, как знаешь. Но противопоказаний я не вижу. Здоровая она у тебя."

"Тут на кресле-каталке вывезли улыбающуюся Киру.