Всё, что нас связывает

— Мне нравится быть сверху. И нравится, когда кто-то берет меня. Я тащусь от этого.

Ян никак не отреагировал; но все было не так уж спокойно и под контролем, как ему хотелось. Он дрожал всем телом.

— Ян, — я повернулся к нему и запустил руку под столик. Медленно, давая Яну возможность остановить меня, провел ладонью по его бедру и остановился у паха. Дойл слегка прикрыл глаза, на его лбу заблестели капельки пота, и лихорадочный румянец снова растекся по шее.

— Когда ты возвращаешься после длительных командировок, тебе требуется несколько недель, чтобы снова чувствовать себя комфортно рядом со мной.

— Ты замечал за собой такое?

— Не так-то легко просто взять и вернуться...

— Что мне сделать, чтобы вернувшись, ты понимал, у тебя есть дом и в нем безопасно?

Он не мог этого произнести. Он не мог мне рассказать. А я хотел это услышать. Поддавшись искушению, я обхватил Яна через штаны, ощущая под ладонью внушительного размера эрегированный член.

Ян прерывисто задышал, словно в агонии.

— Если так и будешь молчать, я решу, что могу делать все, что захочу, — прошептал я.

Теперь у него была причина не издавать ни звука.

— Ян, он твердый, как сталь, — прохрипел я низким глубоким голосом, лаская член, который так часто видел, но которого ни разу не касался. Ян подкинул бедра, прижимаясь к моей ладони и требуя дальнейших действий. Он издал тихий, слабый стон — самый сексуальный звук за всю мою жизнь. — Если бы мы не были в этом гребаном самолете, я бы заглотил тебя до самого основания и высосал все до последней капли.

Ян вздрогнул, и я на секунду испугался, что зашел слишком далеко, напугал, сглупил, разрушил все три года дружбы в порыве страстного желания. Но вместо этого Ян глубоко вдохнул и медленно выдохнул, а затем повернулся ко мне.

— Только не надо со мной играть, ладно? — хрипло выдал он. — Если уж начал, значит, не останавливайся.

— И ты не можешь... я видел, как ты ведешь себя с парнями. Ты их просто трахаешь, а потом забываешь, или выбираешь совсем не тех, например, Брента.

— Да, — хрипло ответил я.

— Но ты не можешь так поступить со мной. Пора становиться серьезным.

— Это не должно быть случайной связью. Я стою большего.

Неужели до отношений с Брентом я был такой шлюхой?

— Думаю, я настолько плох в постели только по одной причине.

Я нахмурился, потому что мне совсем не нравилось, как Ян принижает себя.

— Потому что никогда не был в постели с тобой.

ЭТО ОКАЗАЛИСЬ самые долгие три с половиной часа в моей жизни. У нас была остановка, но я не мог определить, где именно. Кроме меня, никто из пассажиров рейса в Блоунтвилл, штат Теннесси, не зарычал, когда капитан объявил о небольшой задержке.