Внеклассное чтение

– В милицейской машине. Меня арестовали…

– Не арестовали, а задержали, – поправил старший группы.

– Меня задержали. Милиционеры. Везут я отделение.

– Какое? – спросил оперуполномоченный.

Следовало отдать ему должное – разбуженный среди ночи, он соображал быстро и вопросы задавал только самые необходимые.

Фандорин покосился на каменные лица соседей. Лучше не спрашивать.

– Не знаю. Я недалеко от Охотного ряда.

– Ясно. Буду.

И в трубке раздались гудки.

* * *Пока составляли протокол, пока задержанного «пробивали по ЦАБу и ЗИЦу» (Николас так и не понял, что это означает), пришлось сидеть в «обезьяннике» – зарешеченной конуре. Прямо на полу спали двое пыльных мужчин и одна дама, еще более неопрятного вида. За «обезьянником» находились две двери с маленькими окошечками. Судя по голосам, там тоже кто-то сидел – видимо, нарушители посерьезней, чем хулиган Н.А. Фандорин и его товарищи по клетке.

Собственно говоря, магистр не сидел, а ходил. Дело даже не в том, что сесть было не на что – в конце концов, соседи отлично устроились прямо на полу. Взвинченные нервы отвергали статичность, требовали мышечной активности.

Перемещаясь из угла в угол, Николас преодолел расстояние, превышающее длину Тверской улицы. Волков появился, когда усталый магистр был уже на виртуальном подходе к улице Правды, если не к стадиону «Динамо».

Освобождение произошло на удивление просто, без каких-либо формальностей. Волков пошептался с дежурным, и Фандорин тут же получил назад изъятые при задержании вещи: телефон, документы, ключи, бумажник, металлическую расческу.

– Где можно с человеком поговорить? – спросил Волков.

– Да где хочешь, кабинеты все пустые, – ответил дежурный. – На тебе ключ от зам-полиса, там сидалы мягкие.

Поднялись на второй этаж, в комнату с табличкой «Заместитель начальника по работе с личным составом». Сели в потертые кожаные кресла, должно быть, помнящие еще времена Народного комиссариата внутренних дел.

– Ну? – спросил капитан, доставая сигареты. – Потолкуем без фуфла?

– Без фуфла так без фуфла. – Николас яростно потер пульсирующий висок, отгоняя головную боль – она сейчас была совершенно ни к чему. – Скажите, капитан, какая у вас зарплата?

Волков вопросу нисколько не удивился.

– Две восемьсот. А что?

Зато удивился Фандорин. Оперуполномоченный уголовного розыска, человек общественно значимой, да еще и опасной профессии, получает меньше трех тысяч рублей в месяц? Но в Москве содержать на эти деньги семью совершенно невозможно!

– А ваша «нокиа» стоит шестьсот долларов. Это вам что же, на Петровке такие выдают?

– На Петровке нам выдают хрен с бантиком, – усмехнулся Волков. – Намек понят и принят. Сейчас последует чистосердечное признание. Я, гражданин Фандорин, подрабатываю на стороне.