ЧОП «Заря». Книга третья

Ультразвуковая волна, вопль настоящей безумной банши (не блондинки, а призрака из мифологии), тайные эксперименты «британских» ученых, демонический прорыв, истерика раненой белуги, оперная ария невротического сопрано — все это слилось в одну направленную звуковую лавину.

И понеслось на меня.

Подхватила паучиху, сплющивая брюхо, вдавливая задницу в затылок и протаскивая дальше. Натягивая и ломая лапы, сдерживаемые стульями. Пол вздыбился. Кресла вырвались из крепежей и взлетели в воздух. С потолка сыпалась побелка, и все здание лихорадочно трясло.

Под ногами у Барыни прошел лишь край звуковой волны, который зацепил и меня. Мэйн принял первый удар, сжался в лепешку и развеялся в призрачную пыль, следом Муха с перекошенным, как после приличного хука в челюсть, лицом отлетел в сторону, а за ним и Ларс, согнутый пополам, будто его радикулит прихватил.

Только горностай благоразумно смылся, заранее успев вскарабкаться по шторе и сигануть в сторону на балкон. А сейчас помогал осознать картину происходящего, создавая эффект работы двух операторов — то что видел я сквозь прикрытые рукой глаза и то, что видел он.

Меня подбросило в воздух, и я, как пробка из шампанского, на взрывной волне пролетел сквозь штору и выбил оконную раму. Летел спиной, догоняя, лопнувшие за секунду до этого стекла.

Чувствовал кровь, бегущую по шее и лицу из носа и ушей. Не мог вздохнуть из-за давления, видеть сам давно перестал — только ощущал летящую на меня и за мной тьму. В голове что-то сжалось и «лопнуло» с силой адского приступа мигрени, и я отключился.

В последней картинке, переданной Белкой, видел, что паучиху разорвало на несколько частей. Вмяло в подоконник, переломало связанные лапы и оторвало туловище от паучьего тела, выбросив черные ошметки в полет за мной.

А потом темнота.

* * *Не знаю, сколько я был в отключке. Очнулся от тряски, понимая, что еду на автомобиле. Очень быстро еду, то и дело подскакивая на неровностях дороги. Вроде живой.

Лежу на животе в дико неудобной позе, а голова у кого-то на коленях, перед носом пулемет «Максима». И на каждой кочке он стремительно ко мне приближается, но чьи-то теплые руки придерживают мою голову.

Фуух, родная «буханочка». Я расслабился и закрыл глаза, чтобы первым делом провести самодиагностику и перекличку.

Звуков нет, только какой-то ровный гул и то, есть вероятность, что так вибрация мотора через кузов передается. Уши болят. Спина болит, явно посеченная осколками из окон, хотя, куда я в итоге улетел и упал, я не помнил. Уже даже не болит, а чешется, заживающая кожа. Фигня, до свадьбы заживет!"

"А вот с фобосами беда. Дух деда ощущается прекрасно, витает внутри кузова вокруг меня. Встревоженный, но довольный. Белка дрыхнет, а остальных не вижу.