Чокнутые бывшие

Нина схватила вазу, стоявшую на полке, и с размаху запустила ее в стену. Ваза разлетелась взрывом осколков. Так же, как ее жизнь. Потом она опрокинула сосуд с разноцветными стеклянными шариками, сбросила на пол свечи, разбила пару фужеров с сердечками, подаренных на свадьбу, высыпала на пол и растоптала обожаемые Игорем апельсины, чувствуя, что это приносит хоть и небольшое, но облегчение. Как жаль, что Игоря сейчас здесь нет! Она бы с огромным удовольствием разбила что-нибудь об его голову. Ей хотелось сделать ему больно, очень больно. Так же, как он сделал ей.

И тут она вспомнила: кошка! Картина, за которой он гонялся несколько месяцев и которую, в итоге, купил на интернет-аукционе. Он ее обожал. Она висела в их спальне, на самом почетном месте, и Игорь часто застывал перед ней в восторге. Нина ринулась в спальню и остановилась перед картиной. Черная кошка сидела на подоконнике, на фоне разноцветных крыш, и смотрела на звездное небо, отливающее разными оттенками сиреневого и фиолетового. Нина взяла в руку фарфоровую статуэтку и уже размахнулась, как вдруг вся ее ярость исчезла. Она поставила на место статуэтку балерины, подарок Игоря, взглянула еще раз на картину, и вышла из спальни.

На полу в гостиной, посреди осколков и обломков, лежал кудрявый щенок с заплаткой на ухе. Нина подняла его, прижала к груди, и разрыдалась.

Игорь припарковался у ресторанчика на набережной, оглядел стоянку, увидел, что машины жены нигде нет, и вошел вовнутрь. Официант проводил его к столику, заказанному Ниной. Она выбрала свой любимый: в углу, возле окна.

Он пил воду, смотрел в окно на реку, где над гладкой поверхностью кружили крикливые чайки и вспоминал свой прошлый день рождения. В прошлом году ему исполнилось тридцать лет. По всему выходило, что он должен закатить грандиозный праздник. Так считали его друзья, коллеги, мама, и даже Нина была с этим согласна. А он ненавидел подобные мероприятия. И оказался совершенно прав. Это было ужасно. Занудные тосты, скучные подарки, толпа народу, половину из которых он вообще не хотел видеть.

В конце, как водится, все напились. Дизайнер и конструктор из его архитектурного бюро оттаскали друг друга за галстуки. Жена его школьного друга застала своего благоверного в пикантной ситуации с двоюродной сестрой Игоря и час рыдала, запершись в туалете. Мамины подруги пытками принудили ди-джея поставить ВИА «Веселые ребята» и лихо отплясывали, вращая локтями и коленями. Кто-то уснул в салате, кто-то упал со стула… В общем, все сошлись во мнении, что юбилей удался. Мнения самого юбиляра никто не спрашивал. Когда все закончилось, Игорь выдохнул и поклялся самому себе и жене, что сорокалетие праздновать не будет. И пятидесятилетие тоже. Так же, как и все промежуточные даты.