Чокнутая невеста

Надо сказать, в ее наряде что-то такое было. Притягательное. Как и в ней самой.

Когда девушка подошла ближе, стало понятно, что вместо драгоценностей на ее руках блестят фенечки, а волосы вместо диадемы украшают… наушники!

Бодрая музычка прервалась, когда Самсоновы подошли к Потапову. Павел Александрович с сомнением взглянул на Алексея – мол, стоит ли тебе дочку отдавать? И мужчина не выдержал – шагнул вперед, перехватил руку Евгении, вручил букет, а после вместе с невестой развернулся к регистратору:

– Начинайте!

Регистратор кивнул и, понимая, что затягивать нельзя, сразу начал с самого главного:

– Алексей Иванович, Евгения Павловна, является ли ваше желание вступить в брак осознанным и добровольным? Прошу ответить вас, жених…

– Да! – решительно ответил Потапов, поглаживая пойманную ладошку будущей жены.

– Прошу ответить вас, невеста!

– Да, – ответ прозвучал неуверенно.

Потапов повернулся к невесте и, сверля взглядом тонкую ткань фаты, прошептал:

– Никуда не денешься! Чокнутая!

Глава 17

Подписи, обмен кольцами и поцелуй прошли как в тумане. Евгения очнулась лишь тогда, когда жених, ах нет, уже муж, развернул ее к гостям и строго приказал:

– Улыбайтесь, Женя!

И она улыбнулась. А потом увидела кольца, которые Потапов надел ей на безымянный палец. Что сказать, камушек впечатлял. Нежный сине-сиреневый танзанит в окружении мелких бриллиантов. Именно этот перстень Женя видела на фотографии с выставки «редкие минералы в ювелирном искусстве», потому и узнала. Второе кольцо было просто широким и гладким. Это утешало. Может, все не так страшно?"

"Между тем к ним начали подходить с поздравлениями гости. Это было тоскливо. Каждый говорил банальные слова, глядя на задорно торчащие цветные пряди, на фенечки, на кроссовки. Зато Потапов пялился на бусины в декольте и наконец дернул одну, словно не верил, что там действительно пружина.

Женька давно бы упала в обморок от волнения и стресса, но на талии железным обручем лежала рука Потапова, а Юлька, стоя за левым плечом, ехидно комментировала подходы гостей. С другой стороны стоял свидетель жениха и тоже упражнялся в остроумии. Периодически эта парочка совпадала во мнении, и тогда Евгении трудно было удержаться от хохота.

– Мадам Брусникина. Держу пари, она подарит тебе ношеное пальтишко своей пусечки.

Женька смотрела на сухопарую даму с крохотной собачкой под мышкой и едва удерживалась от смеха.

– Пальтишко за пятьсот баксов, звучит недурно! – свидетель шепнул это свидетельнице, но жених с невестой тоже услышали.