Чокнутая невеста

Нет, так подставляться Алексей не собирался. Зато он включил в контракт обязательное медицинское обследование – ежегодное. Пришлось указать «для обоих». И передачу кое-каких денежных средств на счет ребенка в случае его рождения.

В общем, исподволь Потапов пытался продавить Евгению на занятие домом и скорейшее рождение наследника. А еще хотел всеми силами отодвинуть девушку от вмешательства в дела предприятия Самсоновых. Зачем ему внутренняя конкуренция? Устроить слияние, мягко отправить Павла Александровича на лечение, а его сыну пообещать должность зама – и предприятие в кармане. Доходное, полезное предприятие.

Но… судя по коротким репликам, Женя неплохо подготовилась к обсуждению контракта. Вопросы юристам задавала грамотные и заставляла их задуматься.

Указать наказание за измену в официальном брачном контракте девушка, конечно, не могла – бумага контролировала только имущество и деньги. А вот в приложении потребовала прописать компенсацию в случае измены со стороны супруга. Причем не ей, а детям. И в качестве компенсации потребовала долю Потапова в предприятии Самсоновых. Затейливо.

Поймав насмешливый взгляд юриста, Алексей было взвился – его пытаются посадить в клетку? Потом и сам усмехнулся – не этого ли хотел? Брак есть брак. Если эта чокнутая девчонка не справится со своими обязанностями – контракт позволит развестись без нервотрепки и судов. А если… он бросил плотоядный взгляд на скромный вырез блузки. Помнится, попка тем утром была хороша. Да и все остальное – тоже.

Правда, были еще эти клубы… Спиртное… Странные мужики на фотографиях. Но с этим Потапов разберется. По-тихому. И получит давно желаемую послушную жену!

Тут Евгения кинула на Алексея нечитаемый взгляд и неожиданно усмехнулась, словно прочитала его мысли. А потом демонстративно ткнула карандашом в бумаги:

– И прошу вас отдельно прописать пункт о насилии. При малейшей попытке нанести мне физический или моральный вред я получаю развод!

Потапов так же демонстративно глянул ей в глаза и усмехнулся. Самсонова взгляд выдержала и постучала карандашом по столу, поторапливая юристов.

– Да, кстати, любой запрет на одежду, украшения или технику тоже является насилием. Запишите!

Хм. Вызов? Она что, с ума сошла – бросать перчатку самому Потапову? Или надеется, что он не станет воевать с женщиной? Зря! Алексей дернул углом рта, планируя ряд воспитательных мероприятий. Евгения в ответ подняла брови и многозначительно улыбнулась. Холодно так. Многообещающе. А потом вообще рассмеялась и помахала «жениху» пальцами, словно предупреждая.

Чокнутая жена? Может, не надо? Превращать дом в полигон – глупость несусветная. Однако слишком давно его не встряхивали.