Магия чистых душ

Ее мы легко выполним и своими силами, ничего особенного там нет, а вот если наша пиар — акция будет успешной, то придется нанимать дополнительно работников, разумеется, женщин.

Моя лечебная деятельность тоже постепенно расширялась. Если первое время ко мне шли в основном за оказанием неотложной помощи, где собственно, речь уже шла о сохранении жизни и нормальной жизнедеятельности, то есть только страховые случаи. То теперь стали приходить и просто лечить давние заболевания.

Стали чаще появляться даже местная аристократия, все — таки смирилась с тем, что я не хожу на необоснованные вызова. И теперь, при необходимости, приходили сами. Но все равно нашли выход — накануне присылали слугу с просьбой указать предполагаемое время приема, невмочь благородным было сидеть в одной очереди с простыми людьми. Тут я им пошла на встречу, назначала время и принимала их без очереди. Так лучше будет и для моих нервов и для людей, которые смирно ожидают своей очереди.

Через три дня, как и обещал, вернулся Михей. И не один. Ндаа, сюрпрайз, однако.

Михей вернулся не один. За его спиной стояла девушка, лет шестнадцати на вид, одетая бедненько, но чисто, судорожно сжимая в руках не слишком большой узелок. Михей выглядел как обычно хмуровато, но при этом решительно. Увидев меня, он быстро шагнул ко мне

— Тесса Анна, я не за себя прошу, мне ничего не надо, но прошу, помогите моей дочери!

— Твоя дочь больна, ей нужна моя помощь?

Михей смутился. — Нет, я неправильно сказал, она не больна, но ей некуда идти, кроме меня, никого больше не осталось.

— Ничего не поняла, но давай поговорим не во дворе, пройдем ко мне в кабинет. А девочку Никей сейчас проводит умыться с дороги и поесть, хорошо?

Михей согласно кивнул и пошел следом за мной, за ним испуганным котёнком жалась девушка. Она была очень привлекательная, несмотря на излишнюю худощавость и небогатую одежду. Стройная, с пока ещё не слишком выдающимися формами, темноволосая, с правильными чертами лица, соболиные брови, небольшой аккуратный носик, но больше всего поражали глаза — большие, чуть вытянутыми к вискам, ярко — голубые, что для местного, в основном темноглазого населения, было редкостью. В холле Михей тихо сказал дочери следовать за поджидавшим нас Никеем. Сам же двинулся следом за мной на второй этаж.

— Рассказывай, Михей, что за беда у вас приключилась?

— Тесса Анна, это моя дочь Вита, но я узнал об этом совсем недавно, вот три дня назад и узнал. Из своей деревни я ушел как раз и будет скоро почти семнадцать лет назад. Сестра у меня была, младшая. Так мельник наш, едва Тайке исполнилось четырнадцать лет, сватов заслал. А куда же ее замуж отдавать, ребенок совсем.