Чистосердечное убийство

Теперь уже все окна в доме были темные — все, кроме его собственного, в котором все так же торчал силуэт, созданный при помощи одеяла и подушек. Как видно, никто на него не покусился. Гуров был вынужден признать, что операция «Засада» провалилась. Он поднялся по пожарной лестнице, закрыл за собой окно и отправился спать.

На следующее утро Гуров проснулся одним из первых. Во всяком случае, когда он заглянул на кухню, повара там еще не было. Однако в парке он заметил одного человека — это был охранник Руслан Магомедов, который делал зарядку.

— Никто еще не вставал? — спросил его Лев.

— Нет, я никого не видел, — ответил охранник.

— А ночью видел кого? — продолжал допрашивать сыщик. — Кто-нибудь выходил за ворота? Или, может, входил?

— Нет, тоже никто, — покачал головой Руслан.

— Ладно, тогда я отправлюсь домой, — сообщил ему Гуров, — то есть к Глебу Павловичу. Поблагодари от моего имени за гостеприимство Ольгу Григорьевну.

Он собрал вещи и отправился к дому Труева.

Здесь вовсю кипела жизнь. Как выяснилось, Глеб Павлович сговорился с Тихоновым, и они поутру уже сходили с бреднем вдоль реки, а теперь выгружали из сетки улов. Труев, вооружившись огромным ножом, потрошил во дворе окуней.

— Вот, решил вяленую рыбку сделать, — сказал он Гурову. — Зимой будет что с пивом употребить.

— Я вижу, вы с Егором Демьяновичем нашли общий язык, — заметил Лев. — Обратил он тебя в свою веру. Ты изменил удочке и полностью перешел на бредень.

— Ну, нет, это не измена, а так, небольшое романтическое приключение, — запротестовал Труев. — А удочка — это настоящая любовь. Ей я никогда не изменю. Ладно, ты лучше скажи, как твое дежурство прошло? Никто на Шаталовых не покушался?

— Нет, было тихо, — ответил сыщик. — Но я запустил в этот омут одну хорошую щуку. Теперь буду ждать, когда рыба начнет из воды выпрыгивать.

— Это ты про какую щуку говоришь? — спросил криминалист.

— Сейчас объясню, вот только Тихонова позову. Его этот рассказ напрямую касается, и дважды повторять неохота.

Гуров вошел в дом, положил сумку, поздоровался с Тихоновым и предложил ему выйти во двор."

"— Я хочу кое-что сообщить, — объяснил он свою просьбу. — И хочу, чтобы вы тоже это слышали. Вас это касается больше, чем Глеба. По-хорошему, мне надо было получить ваше согласие, но я это сделать не успел, так что не знаю, как вы к моему сообщению отнесетесь.

Заинтригованный его словами, пенсионер вышел во двор и присел на скамейку. Гуров, прежде чем начать говорить, выглянул на улицу, убедился, что поблизости никого нет, и произнес:

— Я объявил Шаталовым, что вы, Егор Демьянович, в день убийства видели какого-то человека.

— Ну, тут ничего особенного нет, — пожал плечами Тихонов. — Я ведь и правда видел человека и никакой тайны из этого не делаю.