С чистого листа

Дожидаясь отчего-то замешкавшуюся сестру, обратила внимание на представительного мужчину, открывшего дверцу. Нашего водителя я прежде не видела: прятался за тонированной перегородкой. К удивлению, он оказался русским. Похоже, Дэйчи не желает привлекать лишнего внимания к своей персоне.

Глянув на наглухо тонированные автомобили с охраной, мысленно похвалила предусмотрительность юноши. Одно дело, когда у шикарной машины, привезшей домой двух девушек, стоит мужчина славянской внешности, и совсем другое — азиат. Это дало бы дополнительную пищу для домыслов охочим до сплетен людям, в нашем случае — соседям.

Тем временем, кивком поблагодарив водителя, сестра накинула мне на плечо позабытый в салоне автомобиля рюкзак, взяла меня за руку и увлекла к калитке.

Едва зашли за забор, она, не сбавляя шага, воскликнула:

— Ну ты даешь! Сюрприз на сюрпризе! Скрутила дворянина, еще и японский знаешь! Уму непостижимо!

— Да и ты не лучше, — беззлобно отозвалась я.

— Он, между прочим, твое фото видел. Получается, мы заведомо просчитались, — огорошила Света. — Что касается духов, то мне нравится, а всякие венценосные парни и привереды-сестры пусть терпят, — заявила категорично и гордо расправила плечи.

Тихо рассмеявшись, обняла девушку за талию. Вот в ее крутом нраве я ни капельки сомневалась.

Так, благодушно переговариваясь, мы и зашли в прохладный холл. Едва за нами захлопнулась входная дверь, из кухни-столовой торопливо вышла Харуко.

Как если бы только нас и поджидала.

Светлана демонстративно закатила глаза.

— Я к себе. Переоденусь и зайду за тобой. А ты одевайся в удобное, — протараторила она и без промедления направилась к лестнице.

Переступая через две ступеньки, сестренка вскорости исчезла из вида. Я же вопросительно посмотрела на явно что-то желающую сказать новую-старую помощницу.

— Как прошел первый учебный день, Ярочка? — поинтересовалась Харуко, нацепив на лицо привычную резиновую улыбку. — Кушать хочешь?

— Благодарю. В школе все хорошо, есть не хочу, — сухо сообщила я. Начав подниматься, услышала приторно-сладкий голос женщины:

— Ты сильно изменилась, Яра. Вижу, богатые знакомые успели появиться, на шикарных машинах привозят. Вон, уже со Светой гулять собрались, — в ее тоне отчетливо прозвучало одобрение и приглашение к диалогу.

Однако каким-то шестым чувством я ощутила за дружелюбием тщательно скрытый жгучий интерес. И вовсе не невинный. В голове словно зазвенел сигнал тревоги: «Опасность!».

Остановившись на ступеньке, глянула сверху вниз на Харуко.

— Людям свойственно меняться. Если мы с вами и вправду раньше были сильно дружны, — усмехнулась со значением, — то теперь, как вы справедливо заметили, я стала совершенно другой. И прежнее наше тесное общение крайне маловероятно.