С чистого листа

Тамара Валерьевна уже звонила директору, просила оказать содействие, — она посмотрела со значением. — Администрация школы готова пойти навстречу и помочь тебе с учебой. Я лично возьму все под контроль, — классная руководительница замолчала, внимательно отслеживая мою реакцию.

Не отвечая, я ожидала дальнейших слов. Вряд ли такая забота из-за сострадания к осиротевшей простолюдинке. Наверняка что-то попросит взамен. Вопрос — что именно.

Долго ждать ответа не пришлось. Несколько нервно пригладив волосы, женщина торопливо защебетала:

— Ты девочка достаточно взрослая. Пора начинать всерьез думать о будущем. Прежде ты особо хорошо не училась, десятый класс и вовсе закончила из рук вон плохо, — классная сокрушенно вздохнула, а после убедительным тоном заявила: — Слушай внимательно. Это в твоих интересах. У тебя появился уникальный шанс не только исправить оценки, но и получить очень хороший диплом, — встретив мой вопросительный взгляд, она пояснила: — За десять лет обучения школа не получила от твоего отца ни копейки. Такое категорически неприемлемо. Владимиру Андреевичу напоминали о необходимости оказания спонсорской помощи не единожды, но, увы, даже когда твоя успеваемость скатилась ниже некуда, он упорно не желал замечать очевидного, — Ольга Павловна сердито поджала губы. Качнув головой, проникновенным голосом продолжила: — Передай, пожалуйста, Тамаре Валерьевне, что я хочу с ней встретиться. И как можно скорее. Уверена, с ней-то уж мы договоримся. Надеюсь, ты поняла меня правильно, — она со значением улыбнулась."

"Выходит, училась я отвратно, и не только из-за собственной лени. Отец не оплачивал поборы — мне занижали и так неважные оценки. Классная предельно прозрачно на это намекнула. А теперь, раз у меня появились обеспеченные родственники, в школе решили протянуть «руку помощи».

Вот гады-то! Вымогают деньги и даже не стесняются. Вероятно, я и учиться-то не хотела, потому что знала — бесполезно, все одно не получу достойную оценку.

В груди начало закипать раздражение.

Глубоко вздохнув, постаралась успокоить разбушевавшиеся эмоции. Ни дядю, ни тетю информировать об этом разговоре я, естественно, не собиралась. Придется решать проблему здесь и сейчас.

Смело посмотрев в глаза классной, невозмутимо ответила:

— Я вас прекрасно поняла, — и уточнила: — Вы ведь Ольга Павловна?

Глубокая складка пролегла меж бровей женщины. Она посмотрела с недоумением, а затем, похоже, вспомнив о моей «болезни», кивнула.

— Поправьте, если ошибаюсь, — мой голос звучал уверенно. — Спонсорская помощь подразумевает добровольность со стороны дарителя. Это так, Ольга Павловна? — классная вновь кивнула, глядя озадаченно.