Чисто семейное дело

— Подожди, подожди, я ничего не понимаю…

— Что тут непонятного? Она согрешила с арабом, и была практически стопроцентная вероятность, что ребенок будет смугленький, а они оба были блондины. Так вот, ее брат поехал в Совок, нашел более или менее подходящую девицу и уговорил родить ребенка от него. Понятно?

— Нет.

— Блин, я таких бестолковых разведчиков еще не видела! У них двойняшки в роду! Этот брат был близнецом этой немки, а у девки, что согласилась родить, тоже родились близняшки!

— Ты бы не пила больше, — осторожно вставил Полетаев, — я уже с трудом понимаю твой русский. Ты хочешь сказать, что Елена Сергеевна родила девочек-близнецов, одна из которых осталась у нее, а вторую забрала та немка?

— Ну, слава богу!

— А куда делся ее ребенок?

— Родившегося мальчика подсунули женщине, у которой ребенок умер.

— Ага. Я так понимаю, это наш красавец в плаще. — Полетаев встал и прошелся по комнате.

— Ты догадался, что он араб? — в голосе молодой женщины послышались уважительные нотки.

— Нет, я сразу решил, что он чистокровный австриец. Значит, та девочка, которая уехала в Германию, сейчас, надо полагать, богата?

— Чудовищно. Ну, конечно, по нашим меркам. У них в семье традиция: передавать фамильные бриллианты и прочие смарагды, которым цены нет, старшему ребенку в семье за неделю до свадьбы.

— То есть ты полагаешь, что в гостинице убили не Светлану, а ее сестру? — он долил шампанское. — Но вообще-то поменять человека, родившегося и выросшего в России, на иностранца… Для этого всю жизнь надо готовиться. Я слишком хорошо знаю, насколько это тяжело — практически невозможно.

— А ее и готовили всю жизнь. Сонька мне сказала, что немецкий и французский она знала в совершенстве.

— С таким же успехом она могла учить китайский, этого недостаточно… И как же произошла замена?

— Авария. Но мать, я имею в виду не настоящую мать, а мать, которая на самом деле тетка, сразу заподозрила неладное и приехала сюда разбираться.

— Почему именно сюда? — кинул в ее сторону быстрый взгляд Полетаев.

— Сопоставила номер телефона славянскую фамилию и штамп в паспорте о пересечении чешской границы. А восьмизначные номера только в Праге.

Подполковник выглядел озадаченным и вместе с тем расстроенным."

"— Значит, ты полагаешь, что первые три убийства совершила Светлана, а последнее, четвертое, ее сообщник, которым мог быть только один из присутствующих тогда в ресторане?

— Против фактов не попрешь, а они, как известно, вещь упрямая.

— Видишь ли, в чем дело, бамбино… — Полетаев со вздохом потянулся за второй бутылкой, — если один из них действительно был ее сообщником, то в таком случае он вряд ли бы рассказал Леве историю про учебники.

— Почему?

— Потому что сообщники имеют обыкновение хорошо знать друг друга.