Чистилище. Янычар

Переждать первый шок, не вскакивать, не размахивать руками – лежать и ждать, пока организм не сообщит о повреждениях. Лежать и ждать.

Левая рука.

Кисть начинает наливаться болью. Но не слепящей болью сломанной кости, а огненной… рана.

Болело все тело, но это ерунда. Оно и должно болеть после такого удара. Ноги… Янычар очень медленно и очень осторожно напряг мышцы ног. Сначала правой, потом левой. Потом медленно согнул ноги в коленях, тоже по очереди. Правая рука… Шевельнулась. Ни в плече, ни в локте ничто не мешает ей двигаться. Саднящая боль. Можно вообще не обращать внимания. Левая рука… Шевелится. В кисти при движении боль усиливается."

"Янычар открыл глаза. Медленно повернул голову из стороны в сторону. Щека скользнула по мокрой траве. По приятно холодной мокрой траве. Спина, позвоночник – работает. Все вроде бы работает.

Можно попытаться встать.

Медленно.

На колени. Посмотреть на руки – ладонь левой руки разодрана, льется кровь. Это каким-то сучком, это можно перевязать. Вот когда ему в Колумбии раскаленным мачете провели по той же ладони, вот тогда было больно, а сейчас… Правая рука – целая. В ссадинах, но рабочая. Встать на ноги.

Земля качнулась, деревья поплыли в сторону. Держаться на ногах, приказал себе Янычар. Держаться…

Мелкий дождик. Это хорошо. Это здорово, что сейчас с неба стекает живительный бальзам. Нужно только подставить под него руки. Как в детстве, когда он собирал дождевую воду в ладони и пил ее.

Вот так.

Ладони наполнились ярко-красной жидкостью. Словно полные руки крови. У него ведь и вправду – полные руки крови. И той, что он пролил до катастрофы, и той, что он пролил после… Он ведь убил людей больше, чем уродов. Они с вирусом вместе составили неплохую команду убийц. Он и вирус.

Вода в ладонях посветлела, теперь на землю капали крупные розовые капли.

– Доброе волшебство смерти, – сказал Янычар, улыбаясь. – Смерть любит меня…

– Хоть кто-то тебя любит… – прозвучало справа.

Янычар оглянулся, рука легла на кобуру.

Петруха сидел, прислонившись спиной к дереву. Щека была расцарапана, по виску стекал тонкий ручеек крови, но в основном он производил впечатление не очень поврежденного человека. И оружия у него в руках не было.

– Чо за пушку хватаешься? – спросил Петруха и сплюнул кровь. – Я вон зуб потерял, прикинь. Чуть дерево не обнял с налета, вот на столько не попал…

Петруха показал пальцами, насколько именно не попал, получалось, меньше чем на сантиметр.

– Хорошо, – выдохнул Янычар и сел в траву.

– Что живы? Хорошо, – кивнул Петруха. – Хоть ты, конечно, и сволочь… Какая же ты сволочь, дорогой ты мой Янычар…

– Я знаю, – сказал Янычар, оглядываясь. – Меня предупреждали…

Они не очень далеко отлетели от дельталета, всего метра на три.