Чистилище. Янычар

А такое простить трудно, почти невозможно.

Егорыч…

Вот Егорыч повел себя странно. Ведь мог выстрелить, понимая, что все, что для него путешествие к спасению закончилось, что его списали, кинули, обрекли… Янычар бы точно выстрелил. Там невозможно было промазать, пуля обязательно достала бы либо кого-то из людей, либо повредила двигатель. С двух метров – без проблем.

Но он не выстрелил. Странно. Дурак?

Но почему – дурак, спросил у себя Янычар. Глупость совершил? Не убил того, кто его предал?

Это не входило, не вмещалось в систему мироздания по Янычару. Предателя – убить. Правда… А кем стал сам Янычар? Он же собрался убить своего Хозяина, даже не попытался оправдаться, объяснить, сразу решил расстрелять и его, и жену и ни в чем не повинных телохранителей… своих вроде как приятелей, между прочим. И не почувствовал себя предателем. Разве не так?

– Чушь, – пробормотал Янычар. – Ерунда, не забивать голову.

Он специально направил мотодельтаплан через центр Москвы, решил глянуть на Кремль. Столб черного дыма стоял над руинами, колокольня Ивана Великого была словно перебита посередине, купол валялся на куче битого камня. Но осаждающие продолжали стрелять – клубы белого дыма вырывались из стволов пушек, черные с красным фонтаны поднимались на остатках Кремля, люди суетились между танками и пушками."

"Сообразив чуть ли не в последний момент, Янычар резким рывком увел дельталет в сторону, укрылся за дымом, несколько трассеров пролетели мимо аппарата.

– Если не с нами, то против нас, – пробормотал Янычар. Это понятно. Разве можно простить кому-то полет над городом, если сам ты сидишь в этом дерьме и понимаешь, что выбраться наружу не получится.

Российская государственная библиотека, бывшая Библиотека имени Ленина, уже не горела, над закопченными стенами поднимался белый мокрый дым.

Петруха хлопнул Янычара по плечу и указал рукой вправо – оттуда сплошной стеной двигался ливень. Сверкнула молния.

Если такая ударит в аппарат, то… Янычар повел дельталет влево, молясь про себя, чтобы туча оказалась не очень большой, чтобы удалось ее обойти по не очень широкой дуге, иначе горючего до цели могло не хватить. И не попасть под дождь.

Общее время налета на легкомоторных аппаратах у Янычара составляло около двадцати часов, из них три – даже в ночных условиях. Но Янычар прекрасно сознавал, что если погода ухудшится еще хоть чуть-чуть, то с управлением он не справится.

Спокойно, сказал Янычар, спокойно. Все получится.

Внизу показалась толпа мутантов. Тысячи две. Они двигались в сторону Кремля, солдатам снова предстоял бой. И с каждым разом шансов отбиться у них будет все меньше и меньше.