Чистилище. Янычар

Люди побежали к лестнице. Янычар пропустил их, потом подхватил брошенный автомат и, захлопнув дверь за собой, сунул автомат стволом в дверную ручку.

Дверь хлипкая, долго не продержится. Нужно что-то придумывать.

Люди стояли и сидели на ступеньках, глядя на Янычара так, будто он мог совершить чудо.

– Петруха, бери пятерых, бегом на второй этаж, тащите из квартир мебель… здесь нужно завалить дверь, потом подготовь то же самое на втором этаже. Потом – на третьем. Дождь же закончится когда-нибудь…

Пушка и пулемет продолжали работать на улице. Ревел двигатель.

– Ты только смотри, – шепнул Петруха, – не вздумай без нас рвануть…

– Дурак, что ли? – ощерился Янычар. – Мне нужно полтора часа, чтобы все подготовить.

– Хорошо, – сказал Петруха, – будут тебе полтора часа. Будут…

В дверь кто-то слабо стукнул.

– Мужики, пустите, – донеслось с той стороны. – Не бросайте…

Раненый добрался до лестницы. Солдаты оглянулись на Янычара, ожидая приказа.

– Пустите, суки! – крикнул, срываясь на визг, раненый.

– Это Дед, – сказал кто-то из солдат. – Снова выкрутился…

– Откройте!.. Иначе… у меня – граната… граната… я рвану… Если меня на руках не вынесете – я взорву эту чертову дверь… Я…

Янычар трижды выстрелил сквозь дверь. Оглянулся на солдат:

– Вопросы?

– Что уставились? – вклинился Петруха. – Сказано же – баррикаду делаем. У нас еще пятнадцать этажей, можно отступать и отступать… ты, ты и ты – со мной.

– Давай. – Янычар опустился на ступеньку, положив ружье на колени. – Я отдохну и двинусь выше.

– Полтора часа, – сказал Петруха.

– Полтора часа, – кивнул Янычар.

Он дождался, пока притащили и свалили под дверь два дивана и шкаф, ткнул пальцем в ближайшего бойца:

– Ты тут будешь старшим. Пока есть возможность – просто упритесь в баррикаду, не стреляйте сквозь дверь – она и так хлипкая. Патроны берегите, патроны почти все в БМП остались… Когда станет невмоготу – отходите на второй этаж. Потом – на третий.

В дверь ударили чем-то тяжелым. Еще раз.

– Держите завал, – сказал Янычар и медленно пошел по ступенькам наверх.

Длинный сегодня будет день. Длинный и неприятный."

"Петруха на втором этаже развернул бурную деятельность, Егорыч работал вместе с ним, мельком оглянулся на Янычара, хотел что-то сказать, но промолчал.

– Полтора часа, – сказал Янычар. – Я буду ждать вас на крыше. Через полтора часа…

Янычар устал. Сейчас больше всего ему хотелось лечь где-нибудь и уснуть. Такого с ним никогда не было, организм всегда работал на износ, до последней секунды, до последней возможности. А сегодня…

Вперед, приказал себе Янычар, и ему самому стало неприятно, насколько вяло и бессильно прозвучала команда.

– Вперед! – вслух скомандовал себе Янычар.